Архив номеров

    К 55-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ
  СПЕЦИАЛЬНОЕ ЗАДАНИЕ
Война - это трагедия. Но даже во время Великой Отечественной бывали смешные эпизоды. Что же делать: мир полон противоположностей. Одну такую веселую военную историю рассказал "Каравану" питерский адвокат и бывший диверсант Михаил Линда. Правда, редакция так и не смогла установить степень достоверности данного повествования, ну что же, принимайте Линду и этот рассказ такими, как они есть.

Итак, шла война. Отряд, которым командовал Линда, забросили в глубокий немецкий тыл, под Варшаву. Отличное знание немецкого, соответствующая экипировка. По планам советского командования отряд должен был выйти на связь с польскими партизанами, подготовить их морально к вступлению в Польшу советской армии и далее организовывать совместно с поляками диверсии на коммуникациях у гитлеровцев. Однако, несмотря на отличную подготовку операции, неудачи преследовали диверсантов с самого ее начала. При перелете линии фронта самолет, доставлявший группу, был обстрелян немецкими зенитками. Повреждены навигационные приборы, но летчики продолжили полет. Линда с товарищами покидают самолет, зависают в непроглядной ночи на парашютах. Что-то ждет их внизу?
      Внизу оказалась вода. Речка? Нет, непроходимое болото, в то время как по плану операции они должны были десантироваться в сухую лесистую местность. Уже тогда Михаил понял, что их сбросили не там, где надо. С рассветом отряд собрался вместе. Самое досадное - рация оказалась вышедшей из строя. Решено было выбираться из болота и искать партизан, стараясь не попасться на глаза немцам, а на случай неожиданностей, надеялись, выручат немецкая экипировка и знание языка.
      Почти неделю блуждали по болоту. Продукты кончились, ночью случались осенние заморозки. Выручало обилие клюквы да дикие утки, которых удавалось подстрелить. Наконец, болото закончилось, впереди замаячила польская деревенька. Выслали вперед разведчика. Вернувшись, тот доложил, что немцев в деревне нет и быть не может, поскольку окружена она со всех сторон болотами. Партизан тоже нет. Практически все мужское население было мобилизовано в польскую армию еще в начале войны, и судьба его неизвестна. В деревеньке живут почти одни женщины и дети, и живут, надо сказать, неплохо. В изобилии коровы, козы, свиньи. Крестьянки искусно плели на продажу корзины.
      Линда принял решение ввиду крайней измотанности отряда и всех вышеперечисленных обстоятельств дать людям отдохнуть три дня в населенном пункте, а потом идти дальше искать партизан.
      Крестьянки радостно встретили "немцев". Пир с деревенской самогонкой длился три дня. Но и потом хозяйки никак не хотели отпускать своих гостей, да и диверсанты прижились. Где-то шла война, а здесь люди попали как бы в другое измерение. Быть может, свои уже считали их погибшими? А может, они еще выберутся отсюда и выполнят задание? Да и куда идти?
      Кругом болота. Связь с большой землей только по зимнику.
      - Куда сейчас пойдешь, Михасик? - ласково говорила Линде пышнобедрая белобрысая Дана. - Вот замерзнут болота, и партизаны сами найдут вас.
      Вот и зима наступила. Торговцы проторили в деревеньку путь по зимнику. Бойцы отряда понемногу втягивались в крестьянский труд. Куда идти? Какие партизаны?
      Беда подкралась неожиданно в виде приближающегося гула немецких машин. Уходить поздно. Решили играть до конца. Ключевая роль было отведена Михаилу, в совершенстве знающему немецкий язык.
      Цель приезда гитлеровцев вскоре стала ясна. Среди них был корреспондент крупной немецкой газеты, имевший задание сделать материал о разгроме солдатами рейха польских партизан. Линда смекнул: чтобы не засыпаться, нужно вывести "акулу пера" из строя, и отдал по-немецки приказание своим ребятам принести им самогонки. Но пока немец был трезв как стеклышко, подозрительно поглядывал на Михаила и требовал фактов. Линда понял, что нужно тянуть время, покамест фриц не отрубится под натиском доброй польской горилки, и стал молоть всякую чушь.
      Начал с того, что русским все равно капут, ибо танки, поставляемые им американцами, - полное дерьмо, а самолеты сами разваливаются в воздухе.
      - Я, я, - довольно кивал хмелеющий немец, стараясь что-то записывать в блокноте.
      Не давая ему передыху, Линда повел речь о судьбе солдат рейха, списанных по негодности. Фюреру-де больше надо бы о них заботиться, а то сидят бедные на эрзац-кофе и эрзац-маргарине. Но немец не унимался:
      - Ваш фронтовой путь?
      - О, я начал его от родного Потсдама. А вы знаете, что мой тесть служит в штабе у Геринга? Кстати, он знатный баварский пивовар. Вы не пробовали пиво моего тестя?
      Хмель только придавал Линде смелости. Битый час полоскал мозги немцу о несуществующих родственниках своей несуществующей баварской жены. О том, как они выращивают виноград в Тироле, разводят свиней на Рейне и производят оружие в Кельне. Корреспондент только таращил глаза и думал: "Они все, наверное, с ума посходили в этой глуши". Но оружие Линды в бутылях, поставляемых Даной, сделало свое дело. Когда фриц действительно свалился, отважный подпольщик все еще бормотал о восстановлении великого рейха и о новом секретном оружии фюрера.
      Пьянка продолжалась три с половиной дня. Диверсанты могли давно перерезать гитлеровцев, но кто знает, может, через час в село войдет более крупный отряд. Да и мало что они могли сделать.
      Кончилось тем, что кончилась самогонка. Обессиленные враги завалились в свои машины и умотали восвояси. А за ними через 6 часов двинул и отряд диверсантов - подальше от злополучной деревни. На этот раз им повезло больше. Они действительно соединились с партизанами и выполнили задание.
      Но даже сейчас, сохранивший живость духа и легкость движений, награжденный орденами нескольких государств, питерский адвокат Линда сохранял специфический подход к прессе. При виде журналистов, коих немало интересуется его бурной биографией, в нем просыпается бывший диверсант, и Линда начинает действовать.

Борис Гуров

ОН ОЗВУЧИВАЛ СТАВКУ СТАЛИНА
Живет в Твери человек-загадка. Признанный изобретатель, а золотых гор не имеет. Девятый десяток разменял, а молод душой и подвижен. Всю Великую Отечественную войну прослужил связистом, неоднократно награждался, а не признается военкоматом ее участником.

А между тем Иван Козляков - человек интересной военной судьбы. Его, уроженца тверской деревни Порядино, фронтовые дороги привели в сталинский Генеральный штаб.
      До войны Иван обучался в Московском институте инженеров связи, на 4-м курсе. 22 июня 1941 года встретил в родной деревне, куда приехал навестить мать. Возвратившись в Москву, узнал, что его однокурсников уже забрали под Смоленск рыть окопы. Первые месяцы войны перевес сил был не на нашей стороне. Полчища немецко-фашистских захватчиков стремительно приближались с запада к Москве. Столицу на случай захвата Москвы решено было перенести в Куйбышев (Самару), в окрестностях которого должен был расположиться Генштаб. Понадобились специалисты для оборудования при Генштабе крупного центра связи.
      Поезд, везущий вчерашних московских студентов в новую столицу, двигался рывками, уворачиваясь от бомбардировщиков. Окна в составе все перебиты, заделаны кое-как тряпьем, матрацами.
      Разместили связистов в поселке Кряж под Куйбышевом, в помещении старинного трактира. Над созданием ставки Сталина трудились в этих местах полмиллиона зеков. Ночью вся далеко просматривающаяся местность была в светящихся квадратиках зоновских вышек. По своей связевой работе Ивану приходилось общаться с уголовниками. Были среди них и такие, которые откровенно ждали прихода немцев как освободителей. До Куйбышева доходили слухи о том, что прилетающие с запада самолеты усиленно забрасывали Россию листовками, в которых "освободители" обещали накормить всех колбасой и тушенкой. Но знал Иван и другое, как сдавшиеся в плен обгладывали в немецких концлагерях кору с деревьев, а потом умирали голодной смертью. Не всякий предатель сумел тогда дождаться своей тушенки. Наступила лютая зима сорок первого года. Мороз достигал минус сорока семи градусов. Навсегда запомнилась Козлякову картина: взвод солдат в резиновых сапогах. Вместо лиц - ледяные корки с дырками на месте ротовых отверстий, из которых валил пар. Холод согнал к бывшему трактиру полчища крыс. Они кишели на полу помещения, совершенно не боясь людей. Рядовым, а именно в таком звании Иван оказался в ставке, не хватало еды, и они устраивали вылазки в соседние поля за мерзлой, неубранной картошкой.
      Радиостанция, которую обслуживал Козляков с товарищами, обеспечивала связь со всем миром. Но приходилось также помимо своих прямых обязанностей дежурить по городу Куйбышеву. В свое первое дежурство молодой связист с перепугу перепутал майора с генералом.
      - Товарищ генерал, прибыл!
      И в ответ:
      - Ну и шантрапу присылают...
      В 1942 году, когда фашистов погнали на запад, Генштаб переместился в Москву. Его радиоцентр развернули в Сокольниках. Оттуда осуществлялась связь со всеми фронтами.
      Самого Сталина Козляков не видел, а вот с наркомом связи Присыпкиным встреча у него была. В Сокольниках предстояло большое совещание. Иван стоял у дверей зала и, завидев Присыпкина еще в дальнем конце коридора, рывком открыл для него дверь. Думая, что это уже заходит нарком, все повскакивали с мест. Вверх взметнулось золото погон. Присыпкин улыбнулся Ивану и вошел в зал.
      Вахта на радиостанции составляла 24 часа. Как-то не смогли найти сменщика, и Ивана заставили дежурить вторые сутки. Он возмутился и схлопотал 15 суток гауптвахты. С надеждой отоспаться он отправился отбывать наказание. Однако там, выяснив, что у штрафника съедена хлебная карточка на два дня вперед, его отправили восвояси.
      В Сокольниках Иван Козляков встретил Победу. Решил продолжить учебу. Но выяснилось, что четвертый курс в институте связи не из кого было комплектовать. Пришлось начинать учиться с первого курса. Получив диплом, работал в засекреченном НИИ в Москве над конструкциями подземных антенн. Антенны эти испытывали на прочность взрывами под Батуми, на турецкой границе. Турки даже тогда запрос сделали по дипломатической линии: что там у русских происходит?
      Государственная комиссия, в состав которой входил и Иван, приняла "на ура" подземную антенну. А личное открытие Козлякова - штыревая антенна, позволяющая работать в широком волновом диапазоне, - и до сих пор не утратила свою актуальность.
      Такова судьба Ивана из Порядина, одного из миллионов российских Иванов, защитивших нашу Родину от немецко-фашистского нашествия и создавших наше послевоенное настоящее.

Борис Гуров

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru