Архив номеров

    РАЗГОВОР С ГЛАВНЫМ РЕДАКТОРОМ
  О РУССКОМ ПУТИ
Некоторое время назад в "Караване" вышла большая статья настоятеля Покровской старообрядческой церкви в Ржеве отца Евгения (Чунина), рассказывающая об истории старообрядчества на Тверской земле. Сегодня, на рубеже веков, особенно важно задуматься о путях развития русской духовности, понять, в какой момент Святая Русь потеряла свою дорогу и пошла под откос со все нарастающей скоростью. Устоявшаяся точка зрения гласит, что все стало плохо после революции. Но первопричина гораздо глубже. Сегодня отец Евгений - гость рубрики "Разговор с главным редактором". Вместе с Геннадием Климовым, главным редактором "Каравана", отец Евгений анализирует пути выхода из духовного кризиса, поразившего русское общество. После выборов, в канун 2000-летия Рождества Христова, самое время решать, куда идти дальше.

- Отец Евгений, расскажите об основных отличиях старообрядческой церкви от новообрядческой.
      - Действительно, на первый взгляд может показаться, что сами различия и связанные с ними проблемы вовсе не столь уж значительны. Все зависит от того, какое положение в жизни человека занимают вера и церковь. Тот, кто приходит в церковь не как в театр или на выставку, для развлечения, а как в Дом Божий - для молитвы и общения с Господом, и делает это достаточно регулярно, - тот не сможет равнодушно и безучастно отнестись к любым переменам, затрагивающим и его личную веру. Представьте себе: некий христианин живет в благочестивой семье, каждый день молится Богу, соблюдает посты, знает все церковные обычаи, в дни праздников не пропускает церковных служб. (Сегодня таких - единицы, а тогда, в далеком от нас XVII веке, так жила вся наша страна.) И вдруг в один из дней он слышит в церкви новую "инструкцию" о вере: "С такого-то числа повелеваем: пальцы на молитве складывать тремя перстами, Сына Божия больше не называть Исусом, а именовать "Иисус", Духа Святаго в Символе Веры не величать "истинным", ангельскую песнь "Аллилуйя" повторять не три, а четыре раза, а во время Крестного хода идти не направо - за солнцем-Христом, а напротив..." Что почувствует этот простодушный, не искушенный в тонкостях богословия, христианин, услышав о таких переменах?
      - Но ведь главное-то сохранилось! Основы православия никто не менял.
      - Попробуем разобраться. Сегодняшний, далекий от церкви и умеющий аналитически рассуждать человек мог бы мыслить примерно так: "А чего тут страшного? Ведь в этих переменах не требуется отказаться от Бога; изменяются только обряды. Зачем же видеть в этом трагедию? Ну не все ли равно - так или чуть по-другому?" Как сказать... Нас, сегодняшних, настолько приучили к переменчивости и относительности всех и вся, что нас уже больше пугает, наоборот, незыблемость и неизменность. Но раньше было по-другому. Шло время, текла и менялась жизнь, одни поколения людей сменялись другими, а православная вера оставалась все той же. Как при княгине Ольге и ее внуке - князе Владимире Киевском, так и при царе Михаиле Романове православный люд молился Богу по одним и тем же книгам, слушал в церквях и соборах одну и ту же службу, поклонялся одним и тем же иконам. И каждый верующий сознавал себя малой частицей великой и вечной Христовой церкви - той, которая "не прейдет до скончания мира". Каждый видел, что такою же, как и он, христианской жизнью живут и так же молятся все его близкие, соседи, земляки. Каждый сознавал, что так же жили, так же молились не только многие поколения его собственных дедов и прадедов, но и те многочисленные святые, которые от Самого Бога получили дары чудотворений как свидетельство непорочности их веры и праведности жизни. Все эти понятия гармонично объединялись в представление об истинной и спасительной Церкви, которую Сам Христос основал, возглавляет и ведет ко спасению сквозь все треволнения и бури житейского моря. Каждый верующий уповал на то, что, поскольку и он принадлежит этой Церкви, верует и стремится жить так же, как и его благочестивые предки, то и он может надеяться на спасение. А то, что сама православная церковь может приводить своих чад не только ко спасению, но даже и к святости, - подтверждалось многими явными и убедительными примерами.
      Несмотря на внешнюю малозначительность, в душе рядового верующего такие неожиданные новшества подчас могли вызвать настоящую бурю смятения и смущения: "Как же я вдруг стану молиться троеперстно, когда все мои деды и прадеды молились двуперстно и так спасали свои души? Когда Сам Христос на иконах изображен с двуперстием, а иконам этим уже очень много веков? Когда нетленные мощи святых преподобных отцов почивают с двуперстным сложением пальцев, а от них и сегодня происходят чудеса и исцеления? Как же я смогу им всем изменить, им - кто вместе с Самим Богом составляют тело истинной и спасительной Церкви? Как я уйду из этой Церкви, и где, кроме нее, я найду свое спасение? Нет, я не изменю ей! Лучше я останусь с Богом и его святыми, если даже придется и пострадать!" Таким или похожим образом, очевидно, рассуждали многие будущие старообрядцы. В те времена людей еще не приучили считать, что истина может быть сегодня одна, а завтра - совсем другая и даже противоположная. Они твердо верили, что если вчера истина и спасение были в церкви, то они находятся там и сегодня. "Если один и тот же Господь многие века вел людей ко спасению этим православным путем, то почему вдруг завтра этот путь подвергается проклятию? Ведь Господь никогда не раздваивается и не противоречит сам себе... Нет, это не может быть от Бога!"
      Надо сказать, что готовность пострадать очень скоро и пригодилась: последовала двухвековая полоса жестоких расправ над ослушниками патриаршей воли. Все эти казни и прещения только еще более убедили приверженцев древлего благочестия в злокозненности и душевредности никоновых реформ. А спустя десятилетия были разоблачены и первые подлоги, с помощью которых фабриковалась и оправдывалась сама никонова реформа.
      - То есть духовный конформизм ни к чему хорошему привести не мог...
      - Те, кто не захотел рисковать, постарались убедить себя в том, что они не в ответе за всю эту "кашу", которую и заварили-то не они, а должны просто подчиниться, и жить, как все, не вдаваясь в глубокие размышления. Очень знакомая нам сегодня позиция, не правда ли? Другие, помышляя о своей ответственности перед Богом, искали иного: как, отрешась от временного, остаться в мире с Богом и своею совестью и не повредить своему спасению в Вечности? Вот они-то и не смогли изменить старой вере, в которой не видели ни малейшей погрешности. Они нашли в себе мужество сохранить веру неизменно и, перенося многие лишения, проводили каждый день с риском угодить в тюремный каземат, на костер или на дыбу за "оказательство раскола". Иные добровольно отправились в глухие уголки страны и даже в далекие страны - лишь бы не было помехи в их отношениях с Богом.
      Вот это-то неприметное на первый взгляд различие "духовных устоев" старой и новой веры с тех самых времен и по сие время остается важнейшим фактором.
      - Каковы нынешние отношения "старой" и "новой" церкви?
      - Дальнейший ход жизни только углубил те противоречия, которые были положены в самое основание новообрядчества: неискренность, невзыскательное отношение к христианскому облику как мирян, так и духовенства, формальность самого членства в церкви, отступления от православных традиций во многих важных вопросах - все это привело к массовому падению христианской сознательности и духовного уровня самих последователей РПЦ, и к уклонению в полное неверие или всяческие ереси других - тех, кто уже совсем вышел из церковной ограды. А время от времени попадающие на страницы газет возмутительные материалы о личной жизни церковных клириков только углубляют разочарование в такой церкви как ее собственных чад, так и тех, кто еще только ищет для себя духовного пристанища.
      Эта вероломная, роковая реформа, Бог весть как и кем измышленная, расколола самую душу русского верующего народа, на целые века противопоставив одних последователей Христа другим. Какую блистательную победу одержал диавол над нашей - когда-то святою - Русью... И как не хотим мы сегодня осознать истинные плоды этой его победы.
      
      
      - Геннадий Андреевич, вы известны как политолог и бизнесмен, а не как церковный историк. Но тем не менее, может, у вас есть свой, более общий взгляд на раскол как явление русской духовности. Все тонкости богослужения - это одно, но раскол как поворотный момент истории - это ведь совсем другое?
      - Действительно, анализировать причины раскола - совсем не моя задача. Напомню только символическую дату: Вселенский собор, низвергший "отца" раскола, патриарха Никона, состоялся, когда христиане всего мира с ужасом ожидали явления Антихриста - в 1666 году. И это можно трактовать по-разному.
      Я хочу говорить о другом - о духовном состоянии белой расы (нехристианские азиатские и африканские культуры остаются за рамками нашей беседы отнюдь не по причине какого-то шовинизма, а лишь потому, что они - за рамками нашего менталитета).
      Известно, что и протестанты, и старообрядцы добивались наибольших успехов в предпринимательстве. Основу русского капитализма закладывали именно купцы-староверы - Мамонтовы, Морозовы и так далее (перечислять можно долго). Основу американского капитализма заложили протестанты, многие из которых покинули Европу из-за религиозных гонений. Однако корни у старообрядчества и протестантизма совершенно разные.
      Дело в том, что к XVII веку христианство стало массовым явлением, официальной религией всей Европы. Но духовность быть массовой не может. Она - принадлежность небольшой прослойки, элиты, которая и двигает вперед прогресс общества. Протестантизм явился на свет как противопоставление закостенелости и духовному "бюрократизму" католицизма. Это был протест людей, ищущих подлинное христианство и не находящих его в церквях и монастырях, ставших похожими на некую помесь коммерческих предприятий и органов исполнительной власти.
      В России же все было иначе. В дореформенное время это было очень благочестивое государство, где Апостольские правила, установленные в первые века христианства, глубоко проникали в частную жизнь каждого человека - особенно верхушки общества. Цари и бояре каждый день ходили в храм и выстаивали многочасовые службы наравне с простым народом, посты соблюдались всеми без исключения. И, можно сказать, общество не выдержало столь сильную духовную нагрузку - ведь мы живем еще не на "новой земле", о которой говорит Апокалипсис, а на грешной земле Адама и Евы. Тем более что именно в XVII веке на Россию началась духовная агрессия с Запада.
      - Любопытно, что времена раскола исторически совпадают со временем воссоединения Украины с Россией.
      
- Да, с Запада через территорию Малороссии к нам стали проникать отцы-иезуиты, наиболее агрессивные и политизированные эмиссары католицизма. Позже, при царевне Софье, они получили в России очень большое влияние. Православие на западных славянских землях вступило в унию с католичеством. И со времен никонианских реформ истинная духовность подверглась гонениям, что заставило старообрядцев стать замкнутой, можно сказать, "элитарной" кастой.
      - Так же, как стали ею протестанты в Европе.
      - И у староверов, и у протестантов было очень важное свойство: ощущение чистоты и свободы внутри. Правда, находились они на разных полюсах. У протестантов оно шло от крайнего индивидуализма и гордыни, а у староверов - от смирения и крайне честного отношения друг к другу.
      Однако именно это ощущение внутренней чистоты и свободы способствовало крайне интенсивному развитию, скажем по-современному, бизнеса. Мы уже усвоили понятие "протестантская этика". Кальвинисты были уверены, что тот, кто процветает на земле, будет процветать и на небе, ибо к нему благоволит Бог, и успешному предпринимателю надо лишь стараться быть честным, чтобы спасти свою душу. У русских старообрядческих купцов, напротив, во главе угла была забота не о себе, а о людях: поэтому они строили больницы, сиротские дома и богадельни.
      Я не глубокий знаток отношений между сегодняшней официальной церковью и старообрядчеством, но слышал, что многие мыслящие священники воспринимают старообрядчество как своего рода "идеологический отдел" православия. Чем больше верующих со строгим старообрядческим отношением к церковному уставу, тем лучше атмосфера в приходе.
      - Почему именно сейчас вы решили, что тема старообрядчества настолько актуальна, чтобы вынести ее на газетные полосы?
      - Сейчас в России не хватает очень важного - нет корпоративной этики в ведении бизнеса. Почему рухнула банковская система? Потому что все берут кредиты, но не отдают их. Бизнес строится так, что духовность здесь и не подразумевается. Даже евреи-ростовщики, прямыми наследниками которых являются современные олигархи, были честны хотя бы друг с другом. У новых русских этики нет никакой, даже уголовной.
      На Западе в деловых кругах выработалось очень серьезное отношение к репутации. Если предприниматель был замечен в не очень чистых делах или обманул партнера - благодаря СМИ это быстро становится достоянием общественности. У нас, недавно вошедших в рынок, пока есть только уродливые средства воздействия на нечестных партнеров - заказные убийства, рэкет.
      - Но ведь идут попытки создания предпринимательских корпораций, Тверской союз промышленников и предпринимателей, например, уже больше года действует в Твери.
      - Да, это действительно попытка создать элитарный клуб с корпоративной этикой. Однако основной принцип этой этики пока банален: нельзя обмануть собутыльника - это неэтично. Нет нравственной и идеологической основы, которая впиталась бы в кровь. У предпринимательской этики должны быть национальные корни. Уже сейчас многие обращаются к Церкви. Есть своя этика внутри мусульманской общины. Параллельно, конечно, будет существовать круг предпринимателей, живущих по законам евреев-ростовщиков, - это неизбежно, но и у них будет своя этика. Это дело не одного поколения, но, если мы хотим выжить, без идеологии, причем идеологии религиозной, не обойтись.
      Более того, я думаю, именно старообрядчество (в силу своей элитарности) высоким накалом внутренней свободы и духовности может стать наиболее подходящей идеологией для возрождающегося слоя промышленников и предпринимателей. И мне кажется, именно в этом направлении православия скоро найдут духовную основу многие русские деловые люди.

Вопросы задавала Мария Орлова

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru