Архив номеров


В южных губерниях еврейскими местечками никого не удивишь. Но для тверского края местечко Ильино Западнодвинского уезда было уникальным. Здесь среди русских крестьян жили настоящие хасиды.

"НЕ ОТВЕРГАЙ КРАСОТЫ ДЕВУШКИ..."

Многие сегодня считают хасидов представителями ортодоксального иудаизма, а между тем возникнувший в XVIII веке на земле Восточной Европы хасидизм был либерально-религиозным явлением. Основателем хасидского направления в иудаизме стал раввин Исраэль Баал-Шем-Гов, родившийся в карпатской деревушке и перебравшийся в 1840 году в местечко Меджибож, находящееся на территории современной Украины. Так вот, учение Бешта, как называли его сторонники, противостояло аскетическим убеждениям ортодоксальных евреев. Известен случай, когда зашедший в синагогу молодой пастушок, не зная слов молитвы, выразил переполнявшие его чувства свистом. В противовес возмущению окружающих Бешт тогда изрек: "Свист этого пастуха донес нашу молитву до Бога". Бешт призывал верующих не отворачиваться от радостей жизни и напоминал, что в созданном Богом мире величайшие акты творения совершаются в радости. "Не отвергай красоты девушки", - говорил он. "Ни один ребенок не появился на свет без удовольствия и радости". Естественно, такое жизнелюбивое учение вызывало симпатии и быстро умножало ряды сторонников Бешта, носивших длинные черные пальто и старомодные широкополые черные шляпы. Изначально европейское явление - хасидизм - получило сегодня широкое распространение у прагматичных американцев.


ЧЕРТА ОСЕДЛОСТИ

Ну а местечко Ильино было основано евреями-хасидами еще в 1844 году. Вообще-то небольшие еврейские города, называемые местечками, типичны для Украины и Белоруссии, имеющих более мягкий климат. И трудно сегодня сказать, что заставило еврейских переселенцев забраться в леса и болота Валдайской возвышенности, чтобы основать там самое северное в европейской России местечко. Тверской ученый Георгий Телятников полагает, что причиной тому была пресловутая "черта оседлости", не позволявшая евреям, а вернее, лицам, исповедующим иудаизм, селиться не только в столицах, но и вообще перемещаться из малороссийских и белорусских земель на великорусские территории. Поэтому и местечко Ильино возникло не где-нибудь рядом с Тверью, а в достаточном удалении от нее, на землях, входивших тогда в белорусскую Витебскую губернию.
    Ильинские евреи-хасиды отличались трудолюбием. На окрестных лугах паслись их многочисленные коровьи и козьи стада, а также отары овец. Регулярно зажигаемые вечерами на улицах местечка газовые фонари освещали тщательно ухоженные дворики и цветники в полисадниках. В большом и богатом местечке не было грязи, поскольку все его улицы были аккуратно вымощены брусчаткой. Регулярно вычищались пруды. Ввиду смены границ Ильино успело побывать в Смоленской, Великолужской и Калининской областях. Сменился и общественный строй, превратив вольных ильинских ремесленников и скотоводов в колхозников. Однако люди не утратили своего трудолюбия, и местный колхоз под началом Хавы Абрамовны Кузнецовой когда-то считался самым передовым и богатым в Калининской области. В Ильине проживало перед войной три тысячи евреев. Здесь была отличная школа, а местная больница настолько славилась своими специалистами, что к ним обращались даже жители соседних районов.
    С началом Великой Отечественной войны ильинские мужчины ушли на фронт. Потом в победном 1945-м уроженец местечка, командующий разведбатальоном Наум Пейсахович одним из первых войдет в Берлин и получит за это Звезду Героя Советского Союза. Но в конце лета 1941 года Ильино заняли фашисты.
    Вначале оккупанты под страхом смерти заставили евреев-колхозников пришить на грудь и спину верхней одежды желтые звезды Давида. А затем в сентябре русские семьи выселили из домов центральной улицы местечка Пролетарской. Дома эти фашисты огородили колючей проволокой и обнесли рвом, создав для евреев гетто, самое восточное в Европе. В каждую избу было согнано по нескольку еврейских семей. Причем вещи и продукты оккупанты им брать с собой запрещали, рассчитывая очевидно, что люди тихо умрут за колючей проволокой от голода и холода. Улица упиралась в кладбище. Еврейское.
    Но немецкие "специалисты" не учли многолетней дружбы, существующей между проживавшими десятилетиями бок о бок еврейскими и русскими семьями. Рискуя жизнью, русские мальчишки десяти-двенадцати лет ночами перебрасывали за "колючку" продукты для еврейских узников. Узнав об этом, фашисты стали выставлять вокруг гетто охрану, но тут ударили сильные морозы, часовые уходили на ночь греться, и связь гетто с внешним миром не обрывалась.
    Конечно, продуктов внутри маленького концлагеря не хватало, не было и дров. Люди умирали от голода и холода. Часть узников ильинского гетто фашисты пешком перегнали в белорусский город Велиж и там их с местными евреями живьем сожгли в синагоге. В январе 1942 года линия фронта вновь подошла к Ильину. Близилось освобождение. Но фашисты решили заблаго-временно расправиться с узниками гетто.


ИЗ АДА В АД

Их вели убивать. Морозным утром 24 января (-30 0С) по улице Советская гнали оборванную толпу измученных евреев. Не жалели никого: ни взрослых, ни детей. У школы, где располагалось здание полиции, фашисты поставили сани с пулеметами. Рядом сидели немецкие овчарки. С высокого крыльца был зачитан приговор. В озере Ильинское всех евреев должны были утопить. В состоянии шока люди простояли с 8 утра до 6 вечера. А потом, неизвестно по каким причинам, было решено перенести массовое убийство на следующий день. Евреи метнулись обратно - в гетто, в дома. Многие русские пытались забрать детей обреченных узников. Надо было спасти хоть кого-нибудь. Трудно описать словами, что пережили несчастные в ожидании утра. Кто-то молился, кто-то плакал. Но утром случилось чудо. В Ильино пришли наши войска. Жизнь евреев была спасена.


ИСХОД

Конец сталинского периода правления, как, впрочем, и "застойные" брежневско-андроповские годы, не был благоприятным для еврейского населения СССР. Коммунистическое руководство страны ввело негласные запреты на профессии для лиц еврейской национальности. Евреев старались не допускать на руководящие должности, в особенности в сфере обороны страны. Вообще быть евреем стало как-то неудобно. Такая политика способствовала ассимиляции, искоренению традиций. Начавшийся в семидесятые годы процесс отъезда евреев из страны затронул и ильинскую общину. Но здесь помимо общесоветских сыграли негативную роль и местные факторы. В 1960 году Ильино утратило статус районного центра, что положило начало процессам обветшания и обнищания. Однажды порушенная при прокладке водопровода брусчатка расползлась, и улицы надолго превратились в грязевое месиво. Стало угасать местное торфопредприятие. Перенесшие ужасы гетто, его бывшие узники вымирали один за другим. А молодые разъезжались: кто в районный центр Западную Двину или Тверь, а кто - в Израиль, Америку и Германию. В годы перестроечной разрухи нечистые на руку люди растащили ограду ильинского еврейского кладбища, и теперь древние могилы вытаптывают коровы.
    Что-то произошло и с самой историей. Дело в том, что о существовании ильинского гетто тверской ученый Георгий Телятников узнал совершенно случайно от представителя тверского "Мемориала" Сергея Глушкова. Но ни в архиве обладминистрации, ни в архиве ФСБ никакой информации о гетто не оказалось. Тем не менее, восстановив со слов местных жителей страшную историю ильинского гетто, Георгий Викторович обратился вместе с другими учеными к прежнему тверскому губернатору Владимиру Платову с просьбой увековечить память советских воинов-освободителей гетто и его узников памятным знаком. И, несмотря на явное противодействие некоторых чиновников обладминистрации, 25 июля 2000 в центре Ильино был установлен памятный знак. Ввиду отсутствия бюджетных средств все расходы тогда взял на себя мостотряд №19, находящийся под началом Роберта Ивановича Шнейдера. Непосредственно изготовлением и доставкой памятного знака занимался заместитель начальника мостотряда Семен Семенович Фельблюм. В приуроченных к открытию памятника торжественных мероприятиях участвовали жители села Ильино, члены еврейской общины Тверской области, участники Великой Отечественной войны, ученый Георгий Телятников и представители власти.


ПОСЛЕДНИЙ

Александру Яковлевичу Карпенкову 64 года. Сегодня он - единственный в поселке Ильино еврей, сын той самой Хавы Абрамовны Кузнецовой, бывший узник гетто. Говорить с ним об этом непросто. Жена Марина, вместе с которой Александр Яковлевич уже 40 лет, поначалу воспринимает нас в штыки.
    - Вы сколько будете его мучить? То одни приедут, то другие. Человек переживает - все вспоминать, когда и так со здоровьем плохо... (В ближайшее время на одном из столичных каналов выйдет фильм про Карпенкова. Яркое название "Последний" говорит само за себя.)
    Марину Ильиничну можно понять, но мы не теряем надежду - и вот, когда проходит первое напряжение и нам удается разрядить обстановку разговорами за жизнь, чета Карпенковых делится воспоминаниями об удивительной женщине Хаве Кузнецовой, которая вместе со своими четырьмя детьми выжила в гетто.
    - Мама не любила говорить об этом, - вздыхает Марина Ильинична. - Если и вспомнит что, сразу начинала плакать. Всю жизнь проходила в косынке. Это после той страшной ночи. Представьте, счет идет на часы, и ты знаешь, что утром тебя убьют. Она как легла, голову на подушку положила, а когда встала - все волосы на наволочке остались. Я это потом уже узнала. Она же у нас была председателем сельсовета - поэтому косынку носила красного цвета. Когда на пенсию вышла, стала надевать белую.
    - Да, она у нас была женщина, сильная духом, - вступает в разговор Александр Яковлевич. - Когда мы шли по заснеженной дороге обратно в гетто, кто-то из русских попросил ее, чтобы мама нас отдала. Посторонние люди искренне хотели спасти. Но она наотрез отказалась, сказала: "Не отдам! Все со мной будут!" Когда нас гнали по улице, у Володи свалился с ноги сапог - так и шел по морозу босиком. Я вообще-то смутно все это помню. Маленький был. А вот такой еще момент - мама рассказывала, что немцы хотели нас почему-то именно утопить, а не расстрелять!
    - Все ее уважали. Добрая женщина, - продолжает его супруга. - Никогда не ругалась. Интересный момент - она никогда не говорила на еврейском языке, хотя все понимала. Бывало, придет сосед Борис. Слышу, он ей по-еврейски что-то рассказывает, а она ему на русском отвечает. Обрусевшая была, хотя национальности своей никогда не скрывала.
    - Да, мама даже мацу не готовила, - присоединяется к нашей беседе хозяин дома.
    - А все ли из ваших братьев и сестер выжили после пребывания в гетто?
    - Да. Тамара сейчас в Свердловской области живет, Володя в Торжке, Леша в Прилуках. Я - здесь.
    Вот так и живут Александр с Мариной. Душа в душу. Есть свое маленькое хозяйство. Куры, петух. Поросят уже порезали. Провожая нас до дверей, гостеприимная хозяйка дала в дорогу увесистый шматок сала (вот уж не еврейская еда!).


Борис ГУРОВ и Алена ДЕМИНА
    Фото Бориса ГУРОВА

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru