Архив номеров


Для власти он всю жизнь был неудобным человеком. Его недолюбливали первые секретари Калининского обкома КПСС Николай Татарчук и Николай Корытков, почти ненавидел председатель облисполкома Федор Казнов. Зато простые люди уважали, ценили его жизненный опыт и мастерство журналиста, писателя и публициста, приходили к нему на квартиру, как на огонек.
    В 80-90-х годах жители Твери (тогда еще Калинина) могли часто видеть прогуливающегося по набережной в горсаду деда с большой белой бородой. Летом он прохаживался в светлой шляпе, простом суконном светлом костюме; на его типичном русском лице можно было наблюдать постоянное добродушное выражение, такое, что казалось, вот-вот он широко улыбнется в свои седые усы, церемонно снимет шляпу и произнесет: "Оч-ч-чень рад! Доброго вам здравия!" - на старинный лад, о котором нынешнее поколение и понятия не имеет.
    Это был Петр Петрович Дудочкин, тверской писатель. Калининским себя он называл лишь в официальных документах.


ИЗ РАССКАЗА СЫНА ОБ ОТЦЕ

Петр Дудочкин родился 30 октября 1915 года в деревне Стреченово Рославльского района Смоленской области. Отец его был армейским офицером, служил в Его Императорского Величества Преображенском полку, мать работала учительницей. Теперь бы мы сказали - вот откуда у будущего писателя сформировалась неистребимая интеллигентность и доброта к природе и людям - это родители наполнили его душу такими качествами.
    Петр окончил школу в Рославле и в начале 30-х годов поступил в академию имени Тимирязева в Москве на зоотехнический факультет, к 1935 году успешно окончил его, получил диплом и стал работать по специальности - лечил скот по всему СССР: ездил на Чукотку, в Туву, в Сибирь. Молодому человеку все было интересно, все было по плечу.
    Нет, не все. Себя защитить он не смог. Вот что тогда произошло.
    Несколько специалистов, в том числе и Дудочкин, подготовили и выпустили из печати каталог различных пород свиней. В те времена ни одна книга ни по одной из специальностей не могла выйти в свет без упоминания классиков марксизма-ленинизма, великого вождя товарища Сталина и руководящей роли ВКП(б). И наши зоотехники тоже поместили портрет товарища Сталина в аккурат на одну страницу перед породистыми хрюшками. Разумеется, кто-то немедленно донес о враждебной идеологической диверсии, все авторы загремели куда следует, Дудочкин попал в лагерь на Севере. Спустя некоторое время его перевели в Дмитлаг, где в те годы зеки рыли канал Москва - Волга. По словам Петра Дудочкина-младшего отец "отбухал" там четыре года, катая вместе с уголовниками тачку с землей, живя вместе с ними на нарах в одной камере. В те времена это было большим пятном в биографии.
    Но нет худа без добра - Петр Петрович познал жизнь с изнанки и описал ее впоследствии в автобиографической повести "Сугробы", напечатанной в одном малоизвестном журнале (кажется, "Славяне") в конце 80-х годов. А до этого лагерный период Петр Петрович деликатно маскировал в документах и справочниках фразой: "С детства работал в сельском хозяйстве, а затем землекопом и лесорубом". И это было правдой.
    Вышел из лагеря в самом начале войны, добился реабилитации. "Компетентные" органы признали отсутствие состава преступления. И пошел Петр на фронт военным корреспондентом. Еще учась в школе, как и многие до и после него, писал стишки, довольно "складные", их кое-где публиковали. Сотрудничал в прессе и в прозе - тоже получалось, поэтому к военной поре он наработал довольно приличные литературные навыки. Работал Дудочкин в газете 30-й армии Лелюшенко, активной участнице боев в Белоруссии, а затем на Калининском фронте. Однако пробыл он в армии недолго, может быть, по причине того самого пятна в биографии, может - по другой, нам неизвестной, но вскоре Петра Петровича мы видим в газете "Коллективный труд" в Кимрах. Здесь он подружился с писателем Макаром Рыбаковым, другими кимряками; здесь же, по всей вероятности, вступил в партию.
    Вы спросите, почему такой человек, внутренний вольнодумец Дудочкин и вдруг пошел в партию большевиков? Ничего странного в этом не было: партия вбирала в себя лучших людей, мусор ей не был нужен; сами вступавшие искренне думали, что Ленин и партия - это здорово, это хорошо, несмотря на наличие недостойных людей. Поэтому для Родины будет хорошо, если они, Дудочкины, станут в ряды партийцев. Конечно, учитывалось и то, что члену партии по жизни станут меньше делать неприятностей.
    Итак, в 1944 году Петр Дудочкин стал членом ВКП(б). К концу войны он связал свою жизнь с Любовью Ивановной Смирновой, к 1946 году у них родилась дочь, названная именем матери, и в тот же год Дудочкины перебрались в Калинин, где Петр Петрович получил работу в областной газете "Пролетарская правда". Был ответственным секретарем, исполнял обязанности редактора.


ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Сотрудников, подобных Аполлону Коринфскому и Петру Дудочкину, в "первой газете области" вспоминать почему-то не принято, хотя их имена делают честь газете.
    Перебраться в областной центр помогло сотрудничество с журналом "Крокодил" - очень влиятельным печатным органом. Из Калинина Дудочкин посылал "горячие" материалы, доходившие аж до всесильного генпрокурора А.Я. Вышинского. Например, однажды кое-кому здорово влетело за "кражу сахара вагонами" на пивзаводе. Это воровство раскрутил журналист Петр Дудочкин. Посылал материалы в "Социалистическое земледелие", "Литературу и жизнь", "Охоту и охотничье хозяйство", "Семью и школу" и другие периодические издания. Других источников дохода, кроме гонораров, у него не было.
    В 1963 году Петра Дудочкина приняли в Союз писателей РСФСР. К этому времени он уже был автором нескольких книг, очерков, множества статей, рассказов, фельетонов. Любимыми темами стали охрана природы области, дети и их судьбы. В конце 60-х годов в разговорах с друзьями он впервые затронул вопрос о возвращении городу исторического имени Тверь.
    
    Часто бывая в Москве, Петр Петрович познакомился и подружился с Леонидом Леоновым, с которым находил полное взаимопонимание по многим проблемам бытия. В Калинине поддерживал дружеские отношения с епископом Иннокентием, некоторое время - с епископами Филаретом и Алексием, сохранял дружбу с Макаром Рыбаковым.
    А как же журналистско-писательская братия в своем городе? Здесь отношения были либо сложными, либо их вовсе не было. Может быть, сказывалось то, что Петр Дудочкин был весьма продуктивным писателем, у него материалы шли непрерывно, и сотрудничал он, заботясь о семье, с большим числом издательств, газет и журналов. Его ежегодный отчет в Союзе включал большие списки работ, а у других выглядели весьма скромно. Возможно, из-за этого между Дудочкиным и другими собратьями по перу присутствовал холодок. А может, тут сыграло и то, что Дудочкин не смотрел в рот властям, писал то и так, что сам задумывал, старался быть искренним и честным в бытописании и фельетонах. Не всем это удавалось, а потому флюгеров Петр Петрович не любил и в друзья к ним не навязывался.
    Возможно, поэтому в Москве друзей у него было больше: писатель-фантаст Казанцев, известный Алексей Марков, секретарь Горького Илья Шкапа, Алексей Черкасов, писатель с Сахалина Лепков. В Твери хорошо относился к Михаилу Петрову, архимандриту Андриану, к магистру богословия, священнику из Белой Троицы Штуруку.
    В последние годы общался мало, больше читал, живя на пенсию в 800 рублей. Редко принимал друзей, с которыми умел мягко, с неизменной улыбкой вести разговор, но в принципах не поступался. До конца жизни не курил, склонности к алкоголю не было, сохранил способность ценить слово, их он произносил с особой интонацией, мусора в речи не допускал.
    Ни на кого не обижался, хотя можно бы, так как в последние годы его забыли. Даже те, кому он в меру своих возможностей когда-то помогал. Владимир Юдин в свое время часто бывал у Дудочкина, к нему захаживали музыкант Бородин, поэт Патаралов и другие...
    "Умер отец 4 февраля 2000 года. Похоронили в Лебедево, так как в Дмитрово-Черкассах место можно было получить по блату, а у нас его не было. Хоронили только свои, близкие", - закончил Петр Петрович Дудочкин-младший.


ПИСАТЕЛЬ ВИКТОР КРЮКОВ О КОЛЛЕГЕ

Петр Петрович - это большой труженик пера. Познакомился я с ним в 1953 году в свою бытность студентом Литературного института. В тот год он выпустил первый и последний свой роман "Ее судьба", часть первая. Второй не было, так как Петр Петрович по складу своего мышления "малоформатный" литератор. Его жанр - очерки, зарисовки, статьи, фельетоны. Материальное положение семьи заставляло его работать много, не покладая рук, с возможно более быстрой материальной отдачей. С распростертыми объятиями нас, литераторов, ни в каких издательствах не ждали. Дудочкин это прекрасно знал и предпочитал оперативный жанр.
    Он первым в послевоенное время встревожился бесконтрольной вырубкой лесов и много писал о недопустимости таких действий на территории возле истока Волги. Был честен и прям и в литературном творчестве исходил из принципа: не тот друг, кто медом тебя мажет, а тот, кто правду в глаза скажет.
    Жил он с гордо поднятой головой, подачек не просил, на поддержку областной писательской организации не рассчитывал и мне часто говаривал: "Лишь бы они не мешали".
    Его, деликатного и щепетильного человека, пытались однажды, где-то в 1975 году, дискредитировать, решив исключить из партии за то, что он якобы занял у одного священнослужителя деньги и не вернул долг. Придя на партсобрание, Петр Петрович показал записку священника, который извещал, что претензий к писателю не имеет. С "инициаторами" разбора персонального дела был конфуз. Но все же его исключили в более высокой инстанции. Петр Петрович написал, набравшись мужества, письмо в адрес Брежнева, а текст письма написал - не поверите - своей кровью! И лишь заступничество Леонида Леонова, дважды депутата Верховного Совета СССР, и писателя Сергея Сартакова помогло ему остаться в членах КПСС. Лишение партбилета чревато было невозможностью публиковаться, а это грозило нищетой; Петр Петрович зарабатывал на жизнь только гонорарами.
    Потом стало известно, за что его хотели исключить: к нему в Калинине приходил раза два малоизвестный ныне диссидент Эдик Мухамедьяров, арестованный КГБ в Москве. Дудочкина несколько раз вызывали на Лубянку, куда его жена Любовь Ивановна старалась одного не пускать.
    Наша связь прекратилась года за два до его смерти. Мы не знали, как он живет, что с ним. Полагаю, сын Петр считал, что со стороны писательского сообщества по отношению к отцу было много лицемерия в прошлом, поэтому и держал всех в неведении относительно отца и старался не пускать никого в дом.
    Повторяюсь, это был большой труженик в литературе.


АКТЕР ДРАМТЕАТРА ЛЕОНИД БРУСИН

- Мы дружили с Петром Петровичем, часто я к нему заходил в гости с Валерием Гатаевым и поэтом Владимиром Патараловым, стихи которого называл самобытными. Знаю, что Петр Петрович дружил и часто ездил к писателю Соколову-Микитову. Гостей любил, всегда старался чем-нибудь угостить.
    Квартирка у него была небольшая; его комната вся забита книгами, которые знал не только "в лицо", но и по содержанию, в этом смысле его можно назвать энциклопедистом.
    Он никогда не хвастал ни своими знаниями, ни своими книгами и публикациями, обладал чувством юмора, любил слушать остроумные анекдоты, смеялся искренне, но сам анекдоты рассказывать не умел.
    Однако он был ранимым человеком. Долго в своей жизни переживал три события: смерть любимой Любови Ивановны (ее доконал рак в середине 80-х годов) и внука, сына дочери, жившей в Москве. Однажды при Корыткове снесли бульдозером его дачу, построенную с двумя этажами. Это было запрещено. И дачка-то по современным понятиям - немудреное сооружение, но вот сравняли с землей. Петр Петрович сильно и долго переживал. Может быть, с тех пор он и сделался домоседом. Хотя частенько ходил в наш театр и на мои роли, и на других актеров. В общем, это был неординарный человек.
    А на похороны нас не позвали, хотя и Евгений Борисов, и я, и другие тревожились о состоянии здоровья Петра Петровича. Организовывал похороны муж его дочери по фамилии Порк, журналист.


ОТ АВТОРА

Умер человек, много сделавший для авторитета Твери, и как будто канул в небытие. А ведь это он, Петр Дудочкин, задолго до инициативной группы "Возвращение" первым в печати поднял вопрос о возвращении городу исторического имени "Тверь". Поднял мягко, интеллигентно, в присущей ему вежливой манере. А сколько выступлений у него было в защиту экологии - не счесть!
    Под конец своей жизни его забыли. О власти не говорим, это ее изначальное свойство - всех забывать (кстати, в том же доме, напротив "Звездочки", живет патриарх тверских писателей Василий Камянский, которому пошел 91 год. Наш культурный бомонд знает ли об этом?) Но мы-то, тверичи, не должны забывать тех, кто работал на авторитет города.


Борис ЕРШОВ
    Фото из архива семьи Дудочкиных и автора

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru