Архив номеров


Мы нередко говорим о построении правового государства, надеясь на лучшие помыслы сотрудников прокуратуры, правоохранительных органов и других лиц, обязанных соблюдать законность на всех уровнях, во всех ее проявлениях. Может, где-то в России это и так, но только не у нас в Твери. Это не могло не создать ситуацию, о которой наша статья. Ее автор - заведующий Тверской юридической консультацией Международной коллегии адвокатов "Санкт-Петербург", известный адвокат Абдулла ЭКАЕВ.
    
    ЧЕЛОВЕК, оказавшийся в СИЗО, в сознании обывателя считается преступником. Но даже преступник обладает целым рядом прав наравне с теми, чья свобода не ограничена колючей проволокой и автоматчиками на вышках. Это значит, что с ним нельзя грубо разговаривать, его нельзя бить и т.д.
    С начала ноября текущего года я защищаю одного обвиняемого по имени Михаил. Бывший следователь прокуратуры, он не понаслышке знает закон, обостренно реагирует на нарушения его прав, непростой по своему характеру.
    11 ноября 2002 года я посетил его в СИЗО. При возвращении обратно в камеру у него нашли плитку шоколада и две пачки сигарет. Вопрос конвоиров об источнике получения шоколада был оставлен им без ответа. Это потом стало мне известно, что он был получен Михаилом от одного из офицеров СИЗО.
    О тяжелых условиях содержания в российских следственных изоляторах пишут и говорят с самых высоких трибун. По оценке компетентных лиц, эти условия приравниваются к пыткам. Даже после вступления в силу нового УПК России в нашем изоляторе при норме в 640 мест постоянно содержатся более 1600 человек. Такая теснота позволяет спать лишь в три смены. Стоимость питания мизерная, подследственные ведут полуголодное существование, если не получают передачи с воли. Спрашивается, можно ли на этом фоне вообще говорить о каком-то нарушении, выразившемся в получении плитки шоколада и пары пачек сигарет? Тем более что они никоим образом не создавали какую-либо угрозу безопасности режима.
    12 ноября мне стало известно, что плитка шоколада повлекла избиение Михаила и водворение его в карцер. Официально было объявлено, что он находится на карантине в связи с инфекционным заболеванием. Это было очередным примитивным объяснением работников изолятора, которые полагали, что и на этот раз такой номер пройдет. В обязанность адвоката входит защита подопечного во всех ее проявлениях. Поэтому проверка факта избиения Михаила была для меня неотложной задачей. Первым делом я позвонил начальнику изолятора, полковнику Базулеву. Однако он не только не принял меры по проверке моего заявления, но даже не согласился оказать содействие мне в этом. Как следствие этого 12 ноября в свидании мне отказали. Иначе бы я мог увидеть последствия "карантина".
    Закон допускает возможность освидетельствования в таком случае работниками медицинских учреждений Минздрава по ходатайству адвоката. Пойдя мне навстречу, руководство одной из городских больниц выделило мне 15 ноября двух специалистов: врача-хирурга, кандидата медицинских наук, и врача-инфекциониста. Но Михаил не был им представлен. Прибывший старший помощник прокурора области по надзору за законностью в СИЗО Евгений Блохин много разглагольствовал вместо того, чтобы тут же встретиться с Михаилом и для начала спросить, избивал ли его кто-либо и при каких обстоятельствах. А заодно предложить показать синяки. Ведь для этого не нужно быть криминалистом или врачом. Достаточно лишь желания разобраться и иметь глаза, способные увидеть банальные синяки, какие видели в детстве все мальчишки без исключения. Но этого не произошло. И на имя прокурора области Александра Аникина в этот же день поступило коллективное заявление 11 адвокатов нашей консультации о совершении работниками изолятора преступления - избиения Михаила. Одновременно было заявлено и о другом преступлении - прослушивании разговоров во время встреч адвокатов со своими подзащитными, о котором между собой говорили многие адвокаты города. Как и предполагалось, проверка была поручена Блохину. Несомненно, он занимает прокурорскую должность. Но также несомненно, что его на пушечный выстрел не следовало бы допускать к сфере надзора за соблюдением законов. Наличие нравственных качеств для прокурора является основополагающим. Смею утверждать, что Блохин ими не обладает. Это утверждение дает ему право обратиться в суд. УПК РФ предусмотрен единый порядок проверки любого сообщения о преступлении. Вместо максимальных 10, Блохин проверял сообщение 30 дней. Даже неопытному следопыту было бы очевидно, что проверку следует начать с получения разъяснений у самого Михаила. Однако до встречи с ним Блохин снизошел лишь 15 декабря, а с адвокатами не встретился вообще и не выяснил обстоятельства заявленных ими преступлений. Не знаю, возникнет ли у Аникина по долгу службы вопрос, почему Блохин опросил Михаила лишь через месяц, а опрос адвокатов вообще не провел? Почему Блохин не воспользовался помощью врачей горбольницы, ожидавшими разрешения войти у проходной изолятора? Какое у Блохина было хоть малейшее основание даже в мыслях не доверять этим врачам? Я задаю эти вопросы Блохину и делаю выводы - Блохин делал все, чтобы укрыть преступление. Не проведя освидетельствование 15 ноября, в пятницу, он протянул время до понедельника. Он не опросил адвокатов, поскольку они могли юридически выверенно обосновать ему изложенные в заявлении обстоятельства, и не смог бы он тогда написать то абсурдное письмо, которое мы получили 18 декабря. Естественно, этим ответом дело не заканчивается. Оно перешло в стадию судебного разбирательства, где Блохин будет уже не прокурором, поворачивающим закон, как дышло, а стороной в процессе.
    Но в этой истории не менее важно другое - почему такое могло произойти? Не потому ли, что нарушения закона в этом изоляторе стали системой удовлетворения личных интересов его начальником Геннадием Базулевым, превратившим следственный изолятор в семейную вотчину? Внедрение родственников началось с невестки старшего сына, ставшей офицером и сотрудником отдела кадров. Затем появился сын Дмитрий после окончания им суворовского училища. Он также был принят на ответственную офицерскую должность. Последовала женитьба Димы на дочери бывшего тогда первого заместителя начальника УВД области Николая Чигашкова Виктории после ее развода с предыдущим мужем. Высокое родство Базулев трактовал по-своему, устроив новую невестку осенью 1997 года также на офицерскую должность в отделе кадров. Через два-три месяца Виктория отбыла в учебный отпуск, и вот уже около шести лет ее никто не видит. За это время она родила сначала одного ребенка, затем другого. Но по службе она продвигается исправно и в званиях повышается. Не виртуально, как поручик Киже, а самым что ни на есть реальным образом. Сейчас Вика как бы проходит службу в должности заместителя начальника спецотдела следственного изолятора. И получаемые ею деньги не лишены покупательской способности. Несомненно, все эти перемещения, оформления и другие отчетные данные о работе невестки отражены в соответствующих документах. Что иначе мог бы писать Базулев в представлениях о присвоении ей очередных званий или повышений в должности? Может, он писал: "Моя невестка Вика исправно выполняет обязанности жены моего сына Димы. В процессе ухода за детьми, приготовления пищи и стирки служба в уголовно-исполнительной системе на дому ей не мешает". А что могла рассказать о себе сама Виктория, представшая перед аттестационной комиссией УИН МЮ РФ по Тверской области? Или там тоже она пребывала виртуально?
    У Димы дела также идут неплохо. Три года назад он был переведен в милицию оперуполномоченным ИВС УВД, а затем назначен на должность начальника межрайонного отдела милиции по раскрытию краж культурных ценностей управления уголовного розыска УВД, то есть оказался под непосредственным крылышком тестя. Все это продвижение было осуществлено вопреки мнению отдела кадров УВД, так как младший Базулев был совершенно не подготовлен к работе в милиции. После увольнения Чигашкова Дима вынужден был сразу же вернуться в УИН под крыло папиных друзей.
    Если кто-то подумает, что полковник Базулев так же печется о сотрудниках, как о себе и родственниках, то глубоко заблуждается. Работа в условиях, превышающих лимит контингента, как называют арестованных, затрудняет службу. В связи с этим Указом президента РФ предусмотрена доплата к денежному содержанию. Причем она имеет немалую значимость для сотрудников. Однако ее получает лишь сам Базулев и ряд начальников подразделений. В связи с начавшимся ропотом и готовностью сотрудников обратиться в суд выдали задолженность за месяц-другой.
    Но отличился Геннадий Базулев все-таки не обеспечением родственников за счет государства. Ему сейчас около 62 лет, имеет звание полковника внутренней службы. Во всей российской уголовно-исполнительной системе не найти второго полковника в таком возрасте. Да и не только в ней, но и в любом другом ведомстве. Дело в том, что максимальный срок службы в этом звании как в органах внутренних дел, в Вооруженных Силах, органах государственной безопасности, налоговой полиции, так и в уголовно-исполнительной системе Минюста России - 55 лет. Ни при каких обстоятельствах служить дольше невозможно. Базулев же служит. И служил бы еще годик-другой. Но 12 ноября он не захотел пойти навстречу законной просьбе. Тверской изолятор считается в УИН передовым. Говорят о стройке, об улучшении условий содержания. Только возникает очередной вопрос: а при чем здесь Базулев? И с чего решили, что сделанное является его заслугой, а другой не сделал бы намного больше? Лучше не вынуждать газету затрагивать тему, в связи с которой последствия для Базулева могут оказаться печальнее, чем увольнение по достижении возраста, а также аукнуться другим. В изоляторе распускают слух, что на место Геннадия Базулева придет его старший сын Игорь, проходящий службу в конвойном батальоне УВД области. Это делается для того, чтобы подчиненные старшего Базулева боялись прихода младшего и, как говорится, не смели выступать. Весьма сомнительный кадровый вариант. Но если он реализуется (чего только не бывает. Служит же сам Базулев, так как покровители плюют на законы), то версия о причинах увольнения начальника финансового отдела изолятора Нины Юхневской получит реальное обоснование. Если данная статья состоит из одной части, то с назначением Игоря Базулева начальником следственного изолятора можно будет готовить вторую часть статьи.
    И последнее. Подготовка этого материала совпала с обращением в нашу юридическую консультацию представителя Тверского отделения ЛДПР с частью использованных в этой статье сведений. Как мне объяснили, интерес ЛДПР вызван исключительно заботой об обеспечении прав всех людей независимо от того, что кто-то оступился, и необходимостью исправлении ситуации в следственном изоляторе.



УБИЙСТВО БУЛЬТЕРЬЕРА

Поздним вечером на улице Учительской во дворе дома №13 свирепствовал агрессивный песик породы бультерьер. Он кидался на прохожих, создавая реальную угрозу и панику в этом тихом дворике. На помощь пришел старший сержант милиции 5-й роты ОБППСМ УВД. Он застрелил бесчинствующую псину из табельного пистолета ПМ. Бультерьер скончался на месте.


АВТОМАГНИТОЛА ДЛЯ БОМЖА

В магазине "Эльдорадо", что на проспекте Чайковского, произошел нелепый случай. Прохаживающийся мимо прилавков бомжик внезапно схватил автомагнитолу "Филипс" стоимостью 3 тысячи рублей и попытался с ней скрыться. Однако это не удалось. По горячим следам он был задержан сотрудниками милиции, после чего господин бомжеватой наружности был направлен в приемник-распределитель.


ВЫВОЗ ЦВЕТНЫХ МЕТАЛЛОВ

В Пролетарском районе двое предприимчивых рабочих Вячеслав и Владимир пытались вывезти с территории предприятия "АО "ТПК" изделия из цветного металла на сумму 12600 рублей. Не получилось. Теперь сотрудниками милиции проводятся тщательные проверки.


ЗАБАВЫ С ОРУЖИЕМ

В Московском районе случился переполох. С утра раздались выстрелы. Как оказалось, таким образом забавлялись пьяные Николай и Михаил. Они стреляли из неустановленного оружия. А сотрудники милиции изъяли три гильзы, шарик из желтого металла, кусок металла серого цвета, пневматический пистолет МОД-338, газовый пистоле ИЖ-79. Нарушители порядка доставлены в ОВД, проводится проверка.


ЗЭК УБИЛ ПЕНСИОНЕРА

В Старицком районе произошло очередное убийство. В селе Емельяново на улице Советской был обнаружен труп пенсионера с множественными колото-резаными ранениями. По горячим следам было установлено, что убийство совершил некий неработающий Вячеслав, ранее судимый. Он также проживал в Емельянове. По факту данного преступления возбуждено уголовное дело по ст. 105 ч. I (умышленное убийство) УК РФ. А злоумышленник доставлен в изолятор временного содержания.


Алена ДЕМИНА
    при содействии ОИ и ОС УВД Тверской области

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru