Архив номеров

ЧТО ДЕЛАЕТСЯ! КТО В ОТВЕТЕ ЗА СМЕРТЬ, ИЛИ ХОЖДЕНИЕ ПО ЛЮКАМ

Перед Новым годом весь город был взбудоражен: пропала 10-летняя Ксюша Павлова. Около двух часов дня она ушла от своей подруги, но домой так и не вернулась, хотя жили они на одной улице в микрорайоне "Южный". С того дня ее никто не видел. Версий было много: от кражи до убийства, исчезновение девочки связывали и с местом работы папы, начальника одного из отделов Тверской областной прокуратуры. На самом деле действительность оказалась намного банальнее и кошмарнее.       
      ТЕЛО Ксюши нашли в одном из канализационных люков на пути из дома ее подруги к себе домой. Девочка провела там ровно 3 месяца... Как ее обнаружили, кому пришла в голову мысль проверить открытый колодец - следствие об этом пока умалчивает. Через день состоялась судмедэкспертиза. Эксперты тщательно, слой за слоем исследовали Ксюшино тело, пытаясь найти причину смерти. И с каждой минутой становилось все страшнее: никаких признаков насилия. Девочку не били, не душили, не насиловали. Она не заметила припорошенный снегом открытый канализационный люк (в 20 метрах от диспетчерской ТТУ) и упала туда. И просто замерзла. А родители, возможно, каждый день проходили мимо этого проклятого люка.
      Похожая, простите за сопоставление, история произошла с собакой нашей сотрудницы, которая тоже живет в "Южном", по соседству с Павловыми подъезде - у нее погибла собака - за несколько дней до гибели девочки. Собаку время от времени отпускали гулять самостоятельно, и ее падение в люк видели многочисленные прохожие. Бедный пудель утонул сразу. Куда только ни обращалась хозяйка, чтобы найти виновного в том, что люк открыт - бесполезно. В домоуправлении ей посоветовали позвонить в "Водоканал". Там сказали, что никакого отношения к открытым люкам не имеют и кто за них отвечает - неизвестно. После этого случая наша газета в очередной раз подняла проблему открытых люков в "Южном". И потом возвращалась к ней не раз. Но к нам почему-то не прислушались. Очень жаль.
      Теперь пришло время расплачиваться. Слишком дорогим: жизнью ни в чем не повинной девочки.
      В марте Ксюше исполнилось бы десять. А 30-го марта ее хоронили. Около подъезда собралась вся улица. Обезумевшую и обессилевшую от горя мать не держали ноги, она передвигалась только с посторонней помощью.
      К великому сожалению, на месте Ксюши может оказаться любой. Не спасет даже то, что снег растаял и люки легко заметить. (Правда, только днем, если идти не спеша и смотря под ноги, находясь в здравом уме и трезвом рассудке). Тем более, дети, которые с наступлением тепла носятся по городу сломя голову, что вполне естественно для них. Автомобилисты знают, насколько опасны большие лужи на дорогах по причине этих же люков. А дети - обожают промчаться по воде на велосипеде. Как-то в детстве мне приглянулось одно такое "озеро" на дороге, и я с разгону с фонтаном брызг въехала в лужу на своем первом двухколесном. Переднее колесо вдруг куда-то провалилось. Мне повезло: рядом был папа, и он меня поймал. А колесо осталось в люке.
      Намного позднее я стала очевидцем ужасного случая. Дождливым осенним днем мама с трехлетней дочкой за руку шла по улице. Девочка захотела пройти по небольшой луже, мама была не против: дочь в резиновых сапогах, воды немного... Но, сделав два шага, девочка неожиданно повисла на руке у мамы. Этой лужей был опять же открытый колодец. А если бы не за руку?..
      Но вернемся к нашей страшной истории. В прокуратуре по факту исчезновения и смерти Ксюши Павловой заведено уголовное дело. Поэтому заранее прошу следственные органы извинить меня за самостоятельные попытки найти виновных. Это не есть вмешательство в процесс следствия, а обычное журналистское расследование.
      Первое место, куда я позвонила, был все тот же "Водоканал".
      - Из газеты звонят? Это опять про девочку в люке? Мы уже устали всем повторять: это колодец недостроенного здания поликлиники рядом с первым роддомом в "Южном". Так как стройка не закончена, то и колодец еще принадлежит строительной организации, они его никому не передавали. И мы за него не отвечаем. Нам итак в последнее время приходится выполнять чужую работу - ездим по вызовам, закрываем люки, которые к нам не относятся. После этого случая с девочкой в городе пошла такая акция - по закрытию колодцев. РОНО звонит, еще кто-нибудь: там люк открытый, закройте. И журналисты звонят часто, правда, пишут потом не то, что мы говорим, а то, что им надо. А этих строителей вы не найдете, и не пытайтесь.
      Но я все-таки попыталась и позвонила в Департамент жилищно-коммунального хозяйства города Твери. Там объяснили, что, действительно, если стройка не закончена, то за все прилегающие трассы (канализационные, тепловые и т.д.) отвечает строительная организация. Только в момент государственной приемки объекта происходит передача сетей соответствующим организациям. Если бы поликлиника была достроена (строительство "заморожено" последние лет 5, а то и больше), то можно было бы определить, что это за люк - теплотрасса или канализация, - и таким образом выйти на людей, отвечающих за него. Заведующий нормативно-правовым отделом Департамента ЖКХ Андрей Бубнов добавил:
      - Если хотите узнать мою точку зрения - это, конечно, кошмар и безобразие. И виновников найти невозможно. Я сам часто страдаю от открытых люков на дорогах, колеса машины проваливаются. А ответственных нет. Даже не знаю, чем вам помочь. Попробуйте позвонить в Комитет по управлению имуществом.
      В комитете меня сразу перебили:
      - Про какую это девочку вы говорите? В люке замерзла? Первый раз слышу! А поподробнее можно?
      Когда я закончила краткий рассказ, на том конце провода ответили искренним удивлением, какие дела у нас в городе творятся. Пообещали помочь и тут же "обнадежили", что этих строителей теперь будет не отыскать.
      - Вы же сами понимаете, что они сейчас сидят тише воды, ниже травы. К тому же стройка давно остановлена. И куда бы вы ни позвонили, вам везде будут давать кучу телефонов, куда перезвонить. Сутки просидите на телефоне. Ну, уж если так хотите, позвоните в управление архитектуры...
      Но там никто не взял трубку. Да и я уже поняла, что на самом деле эти поиски бесполезны. Вся вина возложена на одну из множеств строительных организаций, которая забросила свой объект, а может, уже и не существует, распалась. Разве мало сегодня таких? И организаций, и строек.
      На беду Ксюше, этот проклятый люк относится к одной из таких строек и расположен в практически безлюдном месте: здесь кольцевая конечных остановок общественного транспорта. А ведь по городу еще бессчетное количество открытых колодцев, ответственность за которые нести никому не хочется. И не дай Бог кому-то повторить Ксюшину судьбу - виновных найти будет слишком сложно.
      Каждый из открытых колодцев не только травмоопасен, но и смертелен. За халатность власть имущих приходится платить слишком дорогой ценой. Пришло время ответить по всей строгости закона. Люди, которые смотрели на эту проблему сквозь пальцы, решая "более важные вопросы", должны быть привлечены к уголовной ответственности. Похоже, только такие меры могут заставить наших чиновников внимательнее выполнять свою работу. Только вот нет твердой уверенности, что наказание понесут действительно виновные, а не "подставные". Слишком уж крепко власть имущие держатся за свои кресла и боятся подмочить репутацию.
      ... Наверно, стоит обратить внимание и на то, что участились информации о подростках - "ушел из дома и до настоящего времени не вернулся". Может, пока не поздно, есть смысл проверить все колодцы в городе?

Татьяна Вавер

РЕБЕНОК ЗА ЧЕРТОИ ЗАКОНА

Одной из мер, предусмотренных законом для несовершеннолетних детей, совершивших преступления, является отбывание наказания в Центре временной изоляции для несовершеннолетних правонарушителей по постановлению суда.       Если ребенок преступает закон один раз, его отправляют в Центр временной изоляции на срок от 5 до 30 дней. Если он является злостным нарушителем - совершает преступления несколько раз, то по решению суда после прохождения медицинской комиссии из Центра временной изоляции его отправляют в специальную школу или специальное профтехучилище.
      Центр временной изоляции - это нечто среднее между режимным учреждением и детским лагерем. С одной стороны - сотрудники, стоящие по периметру во время прогулки, а с другой - интересные беседы с педагогами, занятия рисованием, игры в футбол. Правда, материалов для занятий практически нет: педагоги таскают бумагу, карандаши для ребят из дома. О конструкторах и других интересных развивающих играх эти дети могут только мечтать. Если для детей из реабилитационных центров спонсоры еще находятся, то малолетним преступникам никто не хочет помогать. Однако этим детям особенно необходима забота. Они не виноваты в том, что нарушают закон: преступниками их делает сама жизнь, которая бросает малолетних на произвол судьбы - выплывай, если сможешь.
      Ребята эти вроде бы ничем не отличаются от обычных детей: все они разные - кто-то общителен, кто-то не очень. Один любит читать, другой ненавидит книги, но зато обожает рисовать - все, как у любого ребенка. Приятные юные мальчишеские лица. Но глаза... Смотришь в них - и видишь такую тоску и безысходность, что становится не по себе.
      Леша в Центре временной изоляции уже второй раз. Мама и папа у него - врачи, но такая семья - скорее исключение, чем правило. В основном сюда попадают дети из асоциальных семей: пьющих, безработных, неполных.
      В прошлый раз Леша попался за кражу. В этот раз "подрались с пацаном", и тот "накатал заяву". Так Леша оказался здесь. Примечательно, что многие сваливают вину на других. Кто на самом деле прав, кто виноват - попробуй разберись. "Как тебе здесь?" - спрашиваю. "Да ничего. Это вам не СИЗО". "Так ты и там был?" "Я там был на экскурсии. Так, сам решил сходить. Вообще я люблю гулять один, особенно весной. А летом люблю купаться, ловить рыбу". Леша кажется уверенным в себе. Видно, что это парень с характером.
      Максим (4-й раз в Центре) говорит, что отобрал у знакомого 10 рублей, а тот заявил в милицию, что якобы у него отняли 400 рублей. Но зачем ему были нужны 10 рублей, Максим объяснить не мог... или не хотел.
      Мальчик с редким именем Эрнест в Центре уже 7-й раз. Его безработные родители живут в Вышнем Волочке. У него есть сестра, которая, видимо, тоже ведет не слишком правильную жизнь. Эрнесту 14 лет, он учится в 4-м классе... если вообще учится. Эрнест почему-то как будто боится смотреть в глаза. "А есть ли у тебя какое-нибудь увлечение? Чем тебе нравится заниматься?" - спрашиваю. "Нет у меня увлечений", - глухо отвечает он. Вопрос о том, кем он хочет стать (вполне обычный вопрос, который в детстве задают всем), ставит Эрнеста в тупик: "Какое там работать! До этого еще далеко". Действительно, этот мальчишка не знает, что будет делать, когда выйдет отсюда - чего уж говорить о будущем. А может, его и вовсе нет: сколько таких детей - без будущего.
      "Здесь плохо", - в один голос заявляют ребята. Конечно, вкусив вольной жизни, когда родители порой попросту не замечают, что ребенка нет дома, жить по режиму и под присмотром для них очень тяжело. Сотрудники Центра понимают это и стараются, чтобы ребята вынесли что-то для себя за время пребывания здесь. С ними проводятся профилактические беседы. Оказывается, некоторые ребята даже не знают об уголовной ответственности, которую они должны понести за тот или иной проступок. Однако этой работы обычно хватает ненадолго, а точнее, всего на несколько дней. И когда подросток возвращается домой, в свою нездоровую среду, то какое-то время он держится, а потом окружение делает свое дело, и он берется за старое. И случается, что эти дети снова попадают в Центр временной изоляции. Некоторых детей по состоянию здоровья отправляют в больницы. Правда, оттуда они частенько убегают.
      Здесь ребят учат простым вещам: мыть полы, заправлять постель. Ведь многие из них совершенно не приспособлены к нормальной жизни, например, не знают, что кроме матраса на кровати может быть постельное белье. За Центром закреплена школа №36, и ежедневно учителя приходят и проводят занятия практически индивидуально с каждым ребенком. Очень помогает библиотека им. Пушкина. Каждую неделю ее сотрудники занимаются с ребятами.
      Часто ребята попадают сюда за преступление, в котором участвует несколько человек. Но когда спрашиваешь их про друзей, в основном говорят, что их нет. По словам Леши, когда попадаешь сюда, первые несколько дней враждуешь со всеми, а потом отношения становятся нормальными, с кем-то завязывается дружба, с некоторыми обмениваются адресами.
      У цыган вошла в обычай такая практика: девочки до 14 лет продают наркотики, потому что им не грозит лишение свободы. Когда девочке исполняется 14, для этой цели находят другую. Так что девочки-цыганки до 14 лет частенько становятся клиентками Центра. А вообще девчонок здесь обычно мало. При моем посещении была одна. Она попала сюда за кражу: подговорила подругу, чтобы украсть вещи в бассейне. Девочка держалась обособленно и с мальчишками не общалась. Это обычная ситуация для Центра временной изоляции. Воспитатели рассказывали, что, бывало, между парнями и девушками старшего возраста возникал флирт, но они это не очень приемлют, опасаются: мало ли что от них можно ожидать. Вообще воспитатели по опыту убеждаются, что девочки, хоть и тихие, но они хитрее мальчиков.
      Эти дети просты в общении, но разглядеть правду за фантазиями и обманом довольно трудно. Бывает, что ребенок случайно проговорится о преступлении, которое он совершил и которое не было раскрыто. Тогда сотрудники Центра начинают проверять, и выясняется, что он причастен и к нераскрытым преступлениям. С воспитателями дети общаются дружелюбно и спокойно. Но спокойными они могут просто притворяться, и когда их выводят на прогулку, глаза то и дело смотрят туда - за забор. Случаются попытки убежать, но на прогулке они находятся под пристальной охраной взрослых.
      По словам начальника Центра временной изоляции, подполковника милиции Николая Иванова, в 2001 году в Тверской области отмечался рост детской преступности. И потенциальных кандидатов попасть в Центр раз в 10 больше, чем находится там сейчас. Причем перечень преступлений и у взрослых, и у детей практически одинаковый: наркотики, грабежи, разбои.
      Безусловно, решать эту проблему нужно начинать с семьи ребенка. А о том, сколько у нас сейчас неблагополучных семей, а значит, и детского горя, говорить не надо: стоит выйти на улицу, и все станет ясно.

Елена БУРЦЕВА

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru