Архив номеров

ЭКСПЕДИЦИЯ СОЧЕЛЬНИК НА ОРШИНСКИХ БОЛОТАХ

Несколько лет назад газета "Караван" совершила открытие. Нашим корреспондентам удалось побывать у людей, которые в век технического прогресса обходятся без телевидения, электричества, машин и шоссейных дорог. И живут эти подвижники не где-нибудь в Сибири, а всего в сорока четырех километрах от Твери, среди чистых озёр и непроходимых оршанских болот. Наше открытие стало сенсацией и быстро облетело всю Россию. В минувшем году у тверских аборигенов побывала съёмочная группа НТВ, а в нынешний Сочельник на болота отправилась совместная экспедиция Тверского областного еженедельника "Караван" и международной газеты "Известия".

НА КОВРЕ - ВЕРТОЛЁТЕ

Перегруженное такси с трудом отчалило от Привокзальной площади. В кабине корреспондент "Известий" Дмитрий Соколов-Митрич с фотографом Константином Постниковым, тверской молодёжный лидер, кавээнщик, негр Марсель с товарищем и ваш покорный слуга, корреспондент газет "Караван" и "Лоция" Борис Гуров.
      Наш путь лежит в аэропорт "Змеево". Томительное ожидание летной погоды сглаживается общением с бывалым человеком, главным специалистом авиационной компании "КОНВЕРС АВИА" Евгением Желязковым. Дело идет к тому, что мы встретим Сочельник, не вылетая из "Змеева", однако на 10 утра диспетчер разрешает вылет.
      Мы благополучно минуем Бежецкую трассу, запорошенные снегом леса, озеро Глубокое. Бортинженер Алексей Егоров показывает подковообразное селение внизу. Именно там живут болотные аборигены.

КТО КУПИТ ОЗЕРО ВЕЛИКОЕ?

Как угораздило этих людей забраться в непроходимые болота? От кого бежали они сюда? Эти вопросы непременно задаст себе всякий путешественник, впервые посетивший Петроозерье (именно так называются эти места).
      Легенда относит появление первого поселения в болотном краю к эпохе Петра Первого. Зная о труднодоступности этих мест, молодой Петр задумал в тайне от недругов построить здесь первый российский флот. Так возникло поселение, была построена деревянная церковь. Однако позже лес, росший вблизи оршинских болот, был признан недостаточно качественным для кораблестроения. Да и река Созь - единственная водная артерия, соединяющая Петроозерье с Волгой, - оказалась мелковатой для прохождения кораблей. И царь переориентировался на Плещеево, озеро под Переславлем-Залесским, где был создан "потешный флот", и на реку Воронеж, где была построена флотилия, штурмовавшая Азов.
      Однако уже построенный среди оршинских болот поселок пригодился царю как идеальное место для содержания пленных шведов. Бежать из Петроозерья было практически невозможно. Так, согласно легенде, нынешние жители деревень имеют шведское происхождение. Особенно скандинавские гены выражены у голубоглазого и рыжеволосого почтальона Виктора Минеева.
      Позже обособленность от внешнего мира оказала болотным людям добрую услугу - у них не было крепостного права. Основным занятием островитян была рыбная ловля. В теплое время пойманная рыба накапливалась в сооруженных прямо в озере бревенчатых срубах, а когда водную гладь сковывал лютый мороз, вывозилась на продажу в Москву. Дома в Петроозерье не закрывали - все свои, все на виду, воровать некому.
      Колхозный строй в отличие от крепостного права добрался-таки до островитян со всеми своими перегибами. Люди жили на трех сотках, им не давали косить сено, не пускали в лес за клюквой. Однако была своя школа на 80 учащихся, клуб, разместившийся в церкви.
      В войну немцы не сунулись в болота, однако местные крестьяне стали свидетелями отчаянных воздушных боев. Говорят, и сейчас трясина хранит порядка семидесяти (!) наших и немецких самолетов, в которых находили парашюты, оружие. Тела самих летчиков, извлеченные из болота, выглядели так, будто эти люди погибли только вчера, - таковы бактерицидные свойства оршинского верхового торфа и мха. Подъемом и восстановлением крылатых машин занимается, по словам местных жителей, пенсионер ПВО Николай Яковлевич Крылов.
      В послевоенные годы озерный колхоз "Рассвет" был довольно крепким, рентабельным хозяйством, и за него разгорелась борьба. В конце концов хозяйство было присоединено к колхозу "Ильич", находящемуся в рамешковских Сутоках. Это, по мнению старожилов, сыграло для петроозерцев роковую роль. Люди стали покидать насиженные места.
      Сегодня в трех деревнях остались всего пятеро местных жителей. Все они холостые мужчины. Света нет - несколько лет назад с проложенной в советское время линии сняли провода. Телефон отсутствует. Люди живут рыбной ловлей и сбором клюквы.
      А недавно до аборигенов дошла тревожная весть - их болота и озера кто-то хочет выкупить. Полностью! Слухи подтвердили вертолетчики. У них есть заказчик, планирующий грандиозный облет болотного края. Что разместит здесь новый хозяин: туристическую базу, торфоразработки или свалку радиоактивных отходов?

В ПЛЕНУ ОРШИНСКИХ БОЛОТ

Болото засасывает - об этом знает каждый ребёнок. Крепко держит оршинское болото пятерых оставшихся аборигенов. Они уезжали, они видели мир, но неизменно возвращались сюда. Они связаны с этой средой духовными узами, как киношный "Сталкер" Тарковского с оберегаемым им местом.
      Неформальным лидером островитян является Александр Косыгин (фамилия настоящая). Сын бригадира, Александр решает все возникающие мирские споры. Говорят, в прошлом у мужика был строгий режим в Васильевском Мхе.
      Криминальные связи петроозерского "шерифа" едва не обернулись для него и его односельчан большой бедой. Однажды осенью 1999 года в деревню пожаловали крутые косыгинские дружки - Витька Кошкин, Татарин и Шкаф. Два местных Саньки - Косыгин и Зелов - пили с гостями их водку и играли в карты на рыбу, которой у них не было. Когда наступил момент расплаты, Сашка Косыгин не сдался банде, то есть отказался платить долг, а Санька Зелов с ухватом начал гоняться за Татарином вокруг печи. Но силы были неравными, и Шкаф быстро урезонил и связал непокорных аборигенов, а заодно и ненадёжного Витьку Кошкина, "который может или зарезать, или убить". Связанных бандиты бросили в подпол, приставив к ним часового с ружьем. Не найдя рыбы, братки убрались восвояси, выстрелив напоследок в чердачное окошко косыгинского дома.
      Однако весной 2000 года банда вновь пожаловала в Петроозерье уже в усиленном составе. Не найдя "шерифа", крутые парни оккупировали деревню и "гудели" там целую неделю. Пока паханы пьянствовали, "шестерки" выгребали из садков петроозерцев пойманную рыбу, вывозили ее по речке в Спас-на-Сози, где меняли на водку и закуску.
      Накуражившись вволю, бандиты покинули болота. Окоченевший труп Сани Зелова был найден потом в зимнем лесу. Его брат Гена заживо сгорел в собственном доме. Никто не знает, была это месть мафии или цепочка трагических совпадений. Что же касается Косыгина, то он живет и здравствует по сей день.
      В деревне Петровское обитают две коровы. Их содержат Толька Корюшкин по кличке Семачок и Юрка-Налей. В момент нашего приезда Юрка находился в состоянии тяжелого похмелья. Дело в том, что на днях в деревню прибыл "караван" из семи снегоходов. Взяв в провожатые Юру и Косыгина, гости-москвичи посетили кладбище, где когда-то стояла церковь, отслужили там молебен и отвалили проводникам за услуги тысячу рублей. Пробравшись за 12 километров по зимнику, Юрка-Налей затарился шестнадцатью пузырями водки, которой по-братски делился со своим другом Семачком. Теперь, по его словам, Корюшкин находится в бессознательном состоянии от выпитого:
      - Я поднимаю ему голову и заливаю сто грамм в рот.
      Водка помогает Юрке экономить на дровах. Он не топит печку. Во время этого радостного пропивания спонсорских денег тяготы по уходу за коровами и роскошной "фиолетовой" Юркиной лошадью по кличке Башмак легли на сельского почтальона-интеллигента Виктора Минеева, или просто дядю Минея.
      Миней раньше работал киномехаником. Судьба закидывала его и в Москву, и в Сочи, где он работал по этой профессии.
      - Там, в Сочи, деньги большие нужны. А где деньги у рабочего человека? Наблюдать, как там музыка в ресторане звенит, да слюнки глотать - не больно интересно. А эти озера не хуже Сочи. Здешняя пресная вода и кормит, и поит.
      Теперь Миней работает почтальоном, доставляя почту за 12 километров из Суток. Письма деревенские получают редко. Подписываются на рамешковскую районку "Родную землю" и на "Тверские ведомости".
      - "Тверские ведомости" мы берём. Там, правда, одни законы, но зато ей можно укрыться как одеялом. А "Родная земля" меньше, но там больше новостей.
      Хотя почтовая ноша Минея и не тяжела, попотеть ему приходится. Магазина в Петроозерье нет, а без хлеба не проживёшь. Вот и тащит он на плечах каждый раз по 12-14 буханок.
      - Такая у нас жизнь: то дорога длинная, то работа тяжелая.
      И зимой, и летом почтальон ходит с вилами, поэтому при первом знакомстве напоминает царя морских глубин Нептуна.
      - Вилы - это чтобы позвоночник не испортить. Не так устаешь в пути, когда опираешься. На кочку отдыхать сядешь - вилы кладешь поперек, чтобы кочка не провалилась. И опасность какая - опять же для самообороны.
      А опасностей на болотах хоть отбавляй. Волчьи и медвежьи следы встречаются прямо у домов. Деревенские считают, что зверье прячется у них в глухомани от охотников. А нынешним летом почтальона преследовал... олень.
      Миней интересуется областной политикой и недоумевает, чего не поделили в Законодательном Собрании Миронов с Грибовым. Помнит почтальон и о визите губернатора Платова, который начал здесь в 1999 году свою победную избирательную кампанию. Предлагал провести на острова дорогу или обеспечить островитян радиотелефонами. Однако к этим прелестям цивилизации отношение у Минея крайне скептическое.
      - Платов говорил: давай дорогу сделаю. Вот "Буран" бы пригодился, а дорог никаких не надо. Дорогу сделают - экология нарушится: кто масло сольет на берегу, кто покрышки старые бросит. Я люблю настоящую дикость и живу с природой в ладах.
      Любя дикость, Миней, тем не менее, человек общительный. А вот кто действительно живет особняком, один на своем острове, так это Юркин брат - Анатолий Петрович Кузьмин по кличке Сталин. За день болотного пребывания мы вдоволь наслушались легенд о строптивом сталинском характере и с содроганием переступили порог его избы. Однако Кузьмин проявил свойственную "вождю всех времен и народов" хитрость и с приезжими журналистами вел себя крайне сдержанно, лишь редкими репликами проявляя сталинский нрав. Анатолий Петрович тоже повидал свет: был "и в Твери, и в армии, и на химии". Еще Сталин приметен тем, что один остался в живых из группы односельчан, которые в 1959 году "роняли" деревянную церковь. Остальных, говорят, покарал Господь.
      Еще на островах много времени проводят двое кандидатов в аборигены. Столичные жители Игорь и Влад очень не любят слово "дача" и предпочитают называть свои дома имениями или поместьями. Оба имеют снегоходы. Игорь - юрист-международник. Знает, по словам Минея, три языка: немецкий, английский и матерный. Когда предстоит срочная работа, за ним прилетает сюда из Москвы вертолет.
      - Здесь настоящий русский экстрим, - говорит влюбленный в Петроозерье Влад, - а не где-нибудь у "Последних героев" на Карибском море.

ЖЕНЩИНЫ И СЛОНЫ

У москвичей своя версия того, почему Петроозерье обезлюдело. Дескать, социум ограничен рамками болот. В результате петроозерцы вынуждены были жениться на родственницах и выродились, как мамонты. Пожалуй, что-то в этом есть. Во всяком случае, как мне показалось, на местном диалекте слова "племянница" и "жена" означают одно и то же. Так называют даму, работающую на тверской трикотажной фабрике и изредка посещающую избушку "шерифа". Наш приезд совпал с визитом к Семачку его племянницы и ее сестры из Твери, приехавших за клюквой. "Клюкву забрали и его досмотрели". А слухи о "женитьбе" почтальона Минея докатились до самой Твери. Миней, который даже у лосих замечает женские задницы, рассказывает об этом неохотно.
      - Да, были здесь две женщины из Суток, тринадцати и шестнадцати лет, из бедной семьи. Одна сразу уехала на лодке, а другая перезимовала. Мы с ней просто подружились.
      Как и планировалось, негр Марсель, облачившись в костюм Деда Мороза, поздравил островитян с Новым годом и Рождеством, чем из невозмутимых островитян удивил только Минея.
      ... Экспедиция уже направлялась к вертолету, когда из сталинской избы выскочил крутого вида шестнадцатилетний паренек и опрометью бросился к молодому журналисту Диме.
      - Диман, друг, я тебя так не отпущу! - парень запустил руку за полу своей куртки и вынул оттуда целлофановый пакет с крошечными карасиками:
      - Меняю рыбу на водку!
      Поддавшись обаянию провинциальной экзотики, столичный журналист совершил столь невыгодный обмен и уже в вертолете обратился к Марселю:
      - Марсель, а сохранились ли у вас в Камеруне дикие племена? Они меняют рыбу на "огненную воду"?
      - Дикари есть везде, - ответил, подумав, Марсель. - Нашим только полегче в смысле одежды. Только водка их не интересует. Вот за коробок соли полслона могут отдать.

Борис ГУРОВ
      Тверь - Петроозерье -Тверь
      Фото автора

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru