Архив номеров

ТЕМА НОМЕРА РОБИНЗОНЫ

Несколько лет назад газета "Караван" совершила открытие. Нашим корреспондентам удалось побывать у людей, которые в век технического прогресса обходятся без телевидения, электричества, машин и шоссейных дорог. И живут эти подвижники не где-нибудь в Сибири, а всего в 44 километрах от Твери среди чистых озер и непроходимых оршинских болот. Наше открытие стало сенсацией и быстро облетело всю Россию. В минувшем году у тверских аборигенов побывала съемочная группа НТВ, а в нынешний Сочельник на болота отправилась совместная экспедиция Тверского областного еженедельника "Караван" и международной газеты "Известия".       
      В январе на наши телеэкраны выходит на финишную прямую телешоу "Последний герой". Напомним, что это такое. Два племени, "Черепахи" и "Ящерицы", заброшенные на соседние острова в Тихом океане, преодолевают сомнительные тяготы не то первобытной, не то курортной жизни. Раз в неделю одного из соплеменников участники шоу понарошку съедают (изгоняют), а последний оставшийся в живых получит 3 миллиона рублей...
      А теперь другая история. В 100 километрах от Твери, посреди огромного болота, протяженность берегов которого достигает 300 километров, есть озеро Великое, а на нем - два острова. Здесь, в полной недосягаемости, без дорог, без баб и электричества живут пятеро мужиков. Их жизнь - это шоу, которое пропадает вдали от глаз большой публики. "Известия" решили хотя бы отчасти исправить эту несправедливость. Накануне Рождества мы заказали вертолет, взяли с собой ингредиенты праздничного стола и живой новогодний сюрприз, о котором - чуть позже.

ПОЯВЛЕНИЕ ГЕРОЕВ

Как были сюда заброшены предки этих людей, теперь уже точно не скажет никто. Мне пришлось услышать две версии, которые сходятся только в одном - случилось это около 300 лет назад и роль Сергея Бодрова-младшего исполнил император Петр Первый.
      - Он хотел основать здесь что-то типа секретной военной базы по постройке кораблей, - рассказал мне сотрудник внешней разведки Владислав К., который иногда охотится в этих местах. - Место идеальное: ни один шпион не проберется, зато поблизости протекает Волга, а из озера Великое в нее течет речка Созь. Чтобы строить корабли, Петр и завез сюда людей, в основном - каторжан. Но потом передумал и решил строить базу под Воронежем. А люди остались. Еще 30 лет назад, когда я там впервые побывал, это были 3 деревни, в которых жило 200 душ. - Владислав К. открыл карту. - Вот, видите, они до сих пор обозначены: Петровское, Заречье и деревня Остров. Все вместе это называлось Петроозерье. У них там даже колхоз был, "Ильич" назывался.
      - Вы будете смеяться, но эти мужики - шведы, - сразил меня своей версией Евгений Желязков, главный специалист авиапредприятия, чьими вертолетами раз-два в году кто-нибудь летает на эти острова (другого пути без риска для жизни туда нет).
      - Кто-кто эти мужики?
      - Потомки пленных шведов. Их селил сюда Петр Первый. Разумеется, шведского в них уже не осталось ничего - ни внешности, ни характера. Хотя... Когда прилетите, обратите внимание на Минея - Виктора Минеева. В нем что-то скандинавское есть - голубые глаза, рыжеватые волосы.
      - А мы тут им негра везем, - попытались мы в свою очередь шокировать Евгения Петровича и показали ему нашего Деда Мороза. Звали его Тафен Ванджи Марсель Клебер. Марсель, учащийся ординатуры Тверской медицинской академии, знаком постоянным читателям "Известий" как человек, который полтора года назад пытался баллотироваться в мэры Твери. Попытка не удалась, но прецедент на российской политической арене был создан, теперь Марсель активный член СПС и друг Немцова. Мы попросили его исполнить на островах роль Деда Мороза, и он любезно согласился.
      - Негр - это нормально. Главное, баб не везите! Говорят, аборигены от одного их присутствия дичают.
      Перед самым взлетом Марсель показал пилоту горящую на табло надпись: "Отказ левого генератора". Пилот махнул рукой - дескать, фигня. Марсель одобрительно расхохотался. Мы взлетели. Надпись пропала.
      Пейзаж за бортом вертолета был достоин Чукотского полуострова: натуральная тундра. Что до Москвы всего лишь 200 с небольшим километров, верилось с трудом. Петроозерье с высоты птичьего полета показалось большой деревней - по островам были разбросаны несколько десятков домов, как потом оказалось, брошенных. На одном острове на фоне снега нарисовались четыре человеческих фигурки, на другом - еще одна. Это потом мы узнали, что мужиков осталось пять. Летчики рассказывали, что последний раз, когда они сюда летали, их было семеро. Поэтому первым делом мы спросили: "А где еще двое?" Доложил человек, по описанию похожий на Минея.
      - Это Зеловы, что ли? Генка сгорел в прошлом году. Печку перетопил. Говорил же я ему: "Ставь бревна вертикально: и тепла больше будет, и не угоришь". А он горизонтально ставил, вот и угорел. А Сашка замерз. На лодке его нашли. Поехал в деревню Спас за самогонкой, а тут мороз ударил, он и не доехал. У нас ведь жизнь тут какая? То дорога длинная, то работа тяжелая.
      - Значит, пятеро?
      - Да нет. Тошка Корюшкин с Нового года заспиртованный лежит - считай, не человек уже. Юрка Кузьмин ему каждое утро только голову от подушки за волосы поднимает, вливает сто грамм и обратно кладет. Какой из него герой.
      Ну что ж, четверо так четверо.

МИНЕЙ, ПОЧТАЛЬОН С ВИЛАМИ

По паспорту - Виктор Васильевич Минеев. Кличку Печкин не получил лишь потому, что на островах ни у кого никогда не было телевизора и, похоже, уже не будет: два года назад приказала долго жить трансформаторная подстанция. Миней действительно похож на шведа - особенно если побрить, снять с головы строительный подшлемник и отнять вилы, с которыми он никогда не расстается, даже зимой.
      Насчет небритости Миней ответил нам так:
      - Когда праздник, то уж какое тут бритье.
      А насчет вил объяснил подробнее:
      - Без вил я не почтальон, а название одно. Ближайшее почтовое отделение - в селе Сутоки. Туда пять часов идти на веслах по озеру и еще 12 километров по болотам, а там такой путь, что недавно, говорят, спортсмены из Твери пробовали идти, но повернули назад. И волки, и медведи встречаются. Волков я не боюсь, им тут и без людей дичи хватает. А вот медведь - зверь мерзопакостный, от него нигде не спрятаться, одно спасение - вилы. Иной раз и нечисть попадается. Иду я тут на веслах мимо вон того мыса, из Сутоки возвращаюсь. И вижу: на мысу стоит лось не лось, антилопа не антилопа, а что-то такое с рожками на четырех ногах, красивое такое. Чувствую - женщина. Формы такие, женские. Я прохожу, ее не трогаю, а она как поскачет за мной, прямо по воде. Я - ходу, но вижу: догоняет. Ну, думаю, если лодку перевернет - все, разделает меня в воде, как котенка. Схватился за вилы - в лоб ей целюсь. И тут она испугалась, отстала. Я отплыл подальше, а когда домой пришел, посмотрел на часы - час ночи. То есть это все ровно в полночь происходило...
      Такие походы Виктор совершает каждый уик-энд и получает за это 400 рублей в месяц. Письма на остров приходят редко, постоянный груз - это хлеб, водка и три газеты: районная "Родная земля" - для Юрки Кузьмина, "Тверские ведомости" - для себя и "СПИД-инфо" - для Косыгина. Впрочем, про Косыгина я узнал не от Минея. Про Косыгина лишнего здесь никто не скажет - боятся его.

КОСЫГИН. ШЕРИФ И ЛЮБОВНИК

В отличие от Толи Кузьмина по кличке Сталин, у Косыгина фамилия Косыгин настоящая. А с Минеем Александра Александровича объединяет лишь одно - он тоже "непьющий". Здесь так называют не того человека, который вообще не пьет алкоголя, а для которого водка не главное. Косыгин, как и все в Петроозерье, холостяк, но, в отличие от остальных, интерес для женщин еще представляет и поэтому отличается донжуанскими наклонностями. Миней, как наиболее мобильный из жителей островов, слышал о любовных похождениях Косыгина и в Сутоках, и в Спасе на Сози, и в Васильевских Мхах. Время от времени к Косыгину из Твери даже приезжает подруга. Еще Косыгин выполняет на островах роль шерифа. Со всеми конфликтными ситуациями идут к нему. Но, как это бывает свойственно гарантам законности и правопорядка, характер имеет тяжелый и в поведении непредсказуем.
      - К нему в ближайшие дни лучше не идти, - посоветовал Миней. - Сан Саныч не в духе.
      - А Сталин в духе?
      - Сталин всегда не в духе. Но к нему идти можно.

СТАЛИН. ДИРЕКТОР ГОСТИНИЦЫ

Кличка приклеилась к Анатолию Петровичу Кузьмину после того, как его назвал Сталиным Миней при губернаторе Платове, когда последний прилетал на острова во время предвыборной кампании. Слово "Сталин" не несет для островитян никакого положительного заряда, и Кузьмин его полностью оправдывает своим скверным характером. Ведет он себя - как Косыгин в квадрате, но если косыгинские заносы можно понять и простить за ту общественную нагрузку, которую он несет в качестве "разводящего", то Сталин никакой полезной роли в петроозерском социуме не играет, а любит лишь командовать по каждому поводу. Впрочем, вру: Кузьмин в своей пустой деревне по документам числится директором несуществующей гостиницы еще существующего охотохозяйства.
      Мерзкому характеру Сталина в деревне склонны приписывать мистическое происхождение.
      - Тут у нас церква раньше стояла, - рассказал Миней. - Ее разрушили в 61-м году, и не по указке сверху, а хулиганье по глупости разломало. С тех пор все, кто в этом участвовал, умерли не своей смертью. Один Сталин остался. Но ему тогда 12 лет было, видимо, потому ему от Бога послабление вышло - не смерть, а всего лишь самодурство. Может, оно и к лучшему, что он живет на отдельном острове. Мы тот остров Сталинградом зовем. Будь Кузьмин поближе к обществу, еще довел бы кого-нибудь до греха.
      В нашем присутствии сталинская сущность Анатолия Петровича проявлялась лишь тогда, когда паузы между стопками затягивались. После каждых пятидесяти грамм он удовлетворенно замолкал и даже улыбался. А на прощание даже попытался сделать Марселю комплимент:
      - Брат. Ну вылитый Юрка. Как пришли - все мучаюсь, на кого же он похож. А теперь понял - на брата Юрку.
      Тут Марсель понял страшную вещь. Какую - чуть позже. Сначала о Юрке.

ЮРКА-НАЛЕЙ И ФИОЛЕТОВАЯ ЛОШАДЬ

Юрка - это тот самый, который каждое утро вливает бесчувственному Толику Корюшкину в рот 100 грамм. Нежное отношение к потерявшему человеческий облик собрату продиктовано, наверное, потребностью видеть перед собой того, кто еще хуже тебя. Для людей сторонних Юрка - самая большая загадка этих островов. Сторонним непонятно, как человек, который не имеет никаких финансовых источников существования, пьет так, как будто водку из озера черпает. На самом деле все просто. Юрке просто феноменально везет. Благодаря его везению, между прочим, на островах и Новый год-то состоялся.
      - Это за неделю случилось. Приехали семь "Буранов" из Москвы. Как они проползли-то, не знаю: до того один пытался сюда на "Буране" прийти, так утопил его и сам еле жив остался. А эти прошли. Миней в тот момент на рыбе был, а я клюкву перебирал - не все же пьем-то. А они - прямо к тому месту, где церква была. Прибегаю - гляжу, среди них поп. Он прямо на колени упал перед фундаментом и ну снег целовать. А его друзья мне говорят: "Козлы вы, что церковь разрушили". Но на "Буране" прокатиться дали. А на прощание, честное слово, тысячу рублей отвалили. Просто так. Я пошел в Сутоки, 16 бутылок купил - Новый год ребятам устроил. Вчера последнюю допили.
      - И что теперь делать будешь?
      - А я перед Новым годом брагу заварил. Получится брага.
      - Да, на этот раз получится, - кивнул Миней. - Было что пить, так что он ее не трогал. А то он обычно заведет брагу, а терпения выдержать не хватает. Чуть забродит - он ее и выпивает. Прямо стоит и ждет, когда пузыри первые пойдут, - тут же хрясь!
      - Точно, - рассмеялся Юрка. - Хрясь!
      - А когда брага кончится, он вспомнит страшное слово: налей. Мы этого слова как огня боимся, когда Юрка его произносит. А ты знаешь, что у него корова есть? Ты спроси у этой коровы, как она жива-то еще. Она тебе ответит: "Дядя Миней меня спасает". Юрка пьет, а я его корову спасаю. Вот быка он недавно зарезал, бык отмучился. А еще у него Башмак есть, лошадь фиолетовой масти. Ее так прозвали, потому что скачет она, как-то пришлепывая. Но на нее у меня времени уже не всегда хватает. Удивительно, как у такого человека столько скотины. Ни у кого столько скотины нет.
      Впрочем, побывав у Юрки в гостях, мы поняли, что Башмак и корова живут не в пример лучше хозяина. Их хоть Миней кормит, а Юрка последний раз закусывал в Новый год и печь топил тогда же. И дело даже не в том, что дров ему не хватает или лень:
      - Понимаешь, если я истоплю печь, запах дома противный становится, вся грязь расцветает. А так морозцем придавит - и вроде ничего.
      Описывать Юркино жилище не представляется возможным. Единственный элемент убранства, который не нарушает норм антисанитарии, - это портрет Ленина. В тот момент на дворе было минус 3. Сейчас, когда я пишу эти строки, ударили морозы до 20. Я понимаю, что Юрка все-таки затопил печь, и мне страшно представить, какая же там сейчас вонь.

ЧТО ПОНЯЛ МАРСЕЛЬ

Марсель не обиделся, когда Сталин обозвал его братом. Даже когда познакомился поближе со Сталиным-младшим. Но с того момента он как-то напрягся. По всему было видно, что его терзает какая-то догадка.
      - Слушай, Дим, мне кажется, они не секут насчет цвета кожи.
      - В смысле?
      - Они не замечают, что я черный.
      - Из вежливости, наверное.
      - Не-е. Здесь не то. Ты слышал, он же меня братом назвал.
      Мы решили провести следственный эксперимент. Марсель достал из паспорта фотографию своей камерунской семьи и показал ее Юрке:
      - Вот это моя мать. Она сама с Украины, но вышла замуж и уехала жить к отцу в Оренбург. Это моя сестра, она уже десять лет в Твери живет. А это дедушка, он из оренбургских казаков.
      Юрка послушно кивал головой. А вот дядя Миней напрягся:
      - Ты, брат, что-то заливаешь! Я же в Сутоках все же телевизор иногда смотрю, негров видел.
      Пришлось ему рассказать про суть нашего эксперимента. Миней рассмеялся.
      - С Юркой - это бесполезно. Он и людей-то, кроме нас, не видел. Он думает, что так и надо: у кого-то черные волосы, у кого-то - лицо. А когда напьется, он и розовых видит, и голубых, и в желтый крестик. А ты сам-то из каких африканских казаков будешь?
      - Из камерунских.
      - А, знаю. Там футболисты хорошие. А ты вот скажи мне, там, в Камеруне, хуже нашего живут?
      - Бывает, и хуже. У нас есть такое племя, пигмеи, так они не то что за бутылку, а за коробок соли полслона отдадут.
      - А пьют они больше Юрки?
      - Они вообще не пьют.
      - А почему же плохо живут?
      - Потому что не работают. Фигней страдают.
      - И не работают, и не пьют? Что-то я этого не понимаю. У нас человек либо пьет, либо работает. Другого не бывает.
      - А у нас - бывает. Камерунские казаки - люди загадочные. Я этим летом ездил туда после десяти лет разлуки. Очень удивлялся. У меня двоюродная сестра замуж выходила, с регистратором договорились на час дня. Денег ему заплатили. А он пришел в шесть вечера. Не пьяный, ничего - просто опоздал на пять часов. И никто не обиделся. Это нормально.
      - Человек не пить и не работать не может, - поддержал Минея Юрка. - Он тогда деградирует.
      - Ну, иногда, бывает, и у нас выпивают. Вот, в Твери одно время продавали "русские йогурты" - сто грамм в упаковке. В Камеруне есть нечто похожее, только называется не йогурт, а condom (Марсель употребил более понятное островитянам слово). Это дешевое виски, ну, самогон, в такой маленькой упаковочке, как шампунь одноразовый. У нас их водители маршрутных такси очень любят. Два кондома засадил - и баранка сама крутится.
      - А у вас там Бог есть? - поинтересовался Миней.
      - У нас там духи есть. И им приписывают все, что происходит. Вот, например, почему у вас в деревне плохо живется? У нас сказали бы так: "Это все ваш Сталин виноват. Сталин - это злой дух, и от него на островах жизни нету".
      - Ты знаешь, Марсель, а ведь так оно и есть. Я давно что-то такое подозреваю. У нас ведь, когда Сталин пьяный и довольный, и рыба в сеть идет. А когда трезвый и злой, он своей злобой и рыбу от сетей отгоняет. Точно, дух. Надо будет с ним на эту тему поговорить.
      Когда мы уже сидели в вертолете и нервно посматривали на светящуюся надпись "Отказ левого генератора", Марсель прокричал мне в ухо:
      - Здесь я наконец понял одно русское выражение!
      - Какое?
      - Здравствуй, ж..., Новый год! Вот какое!
      Мы взлетели. Надпись погасла.

Дмитрий СОКОЛОВ-МИТРИЧ, Тверская область, Рамешковский район

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru