Архив номеров

ЗНАКОМЫЕ НЕЗНАКОМЦЫ НЕИЗВЕСТНЫЙ АЛЕКСАНДР ХАРЧЕНКО:ИСПОВЕДЬ ЖУРНАЛИСТА

В Кремле президент Владимир Путин вручил высокую правительственную награду, медаль ордена "За заслуги перед Отечеством" 1-й степени, собственному корреспонденту ИТАР-ТАСС по Тверской и Смоленской областям Александру ХАРЧЕНКО. Учитывая, что это событие, безусловно, важная веха в жизни и судьбе друга и соседа нашей редакции, "Караван" в эти дни взял у Александра биографическое интервью.

      - Александр Антонович, "Караван" поздравляет вас с высокой, несомненно заслуженной государственной наградой! И хотя хотелось порасспросить вас о семейной жизни и недавней командировке во Вьетнам, гибель тверских ребят в Курчалое опять приковывает нас к чеченским событиям. Как вы считаете, почему трагедия произошла в "мирном" районе, где давно не стреляли?
      - Хотя я свидетель двух чеченских войн, но к смерти не привыкну никогда. Я потрясен сообщением из Курчалоевского района. Хочу высказать соболезнования семьям погибших милиционеров Анатолия Машонкина, Владимира Мышкина, Дениса Самкова, Сергея Степанова. И сам праздник награждения для меня теперь как-то отодвинулся. Что же касается обстановки в Курчалое, то для меня как для журналиста это - гнилое место, там довольно жесткий вариант. И дело даже не в местном населении, а в том, что туда в любой момент могут прийти бандиты. Как они пришли в Новые Атаги, когда там был убит мулла Матуев, или в Шали. Все это показывает, что стоит только дать боевикам передышку, они активизируются, и что никаких переговоров, которые предлагают вести некоторые политики, не должно быть. Ни в коем случае не должен повториться 1996 год, когда после бездарных Хасавьюртовских соглашений российские войска ушли, а простые чеченцы были просто поставлены под нож бандитов. Поэтому некоторые из них не хотят сегодня сотрудничать с российскими властями, боятся. Невзирая на вмешательства всевозможных правозащитников, в том числе и зарубежных, мы должны закончить эту контртеррористическую операцию.
      - Вашим чеченским командировкам предшествовали поездки в другие горячие точки, еще раньше, вероятно, "мирная журналистика", учеба. Расскажите о себе.
      
- Многие годы я жил в Эстонии. В Таллинне пошел в первый класс. Входил в сборную республики по боксу. После окончания факультета журналистики Ленинградского государственного университета работал в Эстонском телеграфном агентстве. Освещал знаменитые Балтийские регаты. Свою первую медаль получил за работу на парусной регате игр XXII Олимпиады. Далее были игры доброй воли, кубки и чемпионаты мира. А потом я сделал серию материалов о шпионско-диверсионной группе "Эрна" из Абвер-2 в Эстонии, рассказал об освящении крестов парням из 20-й дивизии СС. Мы выезжали на это место вместе с Артемом Боровиком, замечательным человеком и журналистом... В Таллинне я жил в окружении эстонцев, дружил с ними и мог, конечно, промолчать о восстановлении националистами памятника "Эрне", но как сын офицера не сделал этого. Материал, прошедший по всем континентам, вызвал большой резонанс. Мне пришлось уехать из Эстонии. В это время уходил на пенсию корреспондент ИТАР-ТАСС по Тверской области Марат Амаев, я заменил его и приехал сюда. Появились тверские друзья. Я благодарен редактору "Ржевской правды" Анатолию Тарасову, директору областного архива Олегу Кондратьеву, с которыми мы сделали очень много материалов по истории Твери, Старицы, Ржева, другим районам области. Здесь я нахожу много тем. Хотя многие считают меня "боевиком", как журналиста, прошедшего Чечню, Сараево, Таджикистан, Ингушетию, Приднестровье, Тбилиси, где я поймал свою первую пулю.
      - Вы были там ранены?
      
- Нет, но был момент, когда при своих 100 килограммах я летел через кусты. Горячая пуля ударила в стенку рядом со мной. Я взял ее как талисман и все время, когда уезжал на войну, таскал на шее. Но в Таджикистане ребята из 201-й дивизии увидели, говорят: "Сними!" Я в ответ: "Пуля к пуле не пристает". Они: "Еще как пристает!"
      А тогда в Тбилиси, когда свергали президента Звиада Гамсахурдию, мы много суток просидели в окруженном здании телевидения вместе с генералом Тенгизом Китовани. Телефон был отрезан, мы с корреспондентом ТАСС по Грузии Альбертом Кочетковым нашли старый телетайп, начали на нем работать. Вскоре и телетайп вырубили. Вначале горожане приносили нам овощи и мясо, потом уже было не пробиться. Приходилось одну лепешку в сутки делить на четверых. И ту отдавали ребятам-грузинам, уходившим в караул. А потом мы с Альбертом вышли из осажденного "черного дома", и вокруг бушевал прекрасный Тбилиси. Кругом огни, машины крутятся. Мы попали к горным спасателям и передали информацию по их коротковолновой станции за подписью Кочеткова и Харченко с припиской: "Кто слышит, просим передать в Москву, Тверской бульвар 10/12, ТАСС". Потом выяснилось, что одно из сообщений принял радиолюбитель-японец с острова Окинава и действительно отправил его к месту назначения. Так приходилось работать. Это сейчас у меня в Чечне спутниковый телефон.
      Были Приднестровье и трагедия живших там русских. Я до сих пор горжусь теми ребятами, кто лег с автоматами против пушек и танков, защитив свои дома от молдавских националистов. Это подвиг. Я все время боялся, что молдаване взорвут плотину Дубоссарской ГРЭС и Днестр затопит очень много поселков. Генерал Лебедь тогда был для меня царь и бог. Я часто ездил с ним в машине и с восторгом передал в Москву его знаменитое заявление, был свидетелем грамотных действий генерала. В то же время совершенно не понял этого человека в 1996-м, когда Александр Иванович подписал Хасавьюртские соглашения по Чечне. Тогда ушла сосредоточенная под Ханкалой гигантская военная машина, способная вдребезги разбить бандитов. Я не хочу сказать, что это предательство, но как человеку, много лет проведшему в зоне боевых действий, мне не понятен его поступок.
      - Параллельно конфликтам на территории бывшего СССР происходят этнические войны на территории бывшей Югославии. Сопоставим ли Балканский кризис с тем, что происходит в Чечне?
      - Да. Босния - это балканская Чечня. В Боснию я поехал с нашими десантниками, служащими на Балканах, в составе сил стабилизации еще до косовских событий. Мне пришлось жить на американской базе в Тузле и у наших десантников в Углевике. При мне в Тузлу привезли два подбитых американских автомобиля. Дорога в Сараево считалась опасной, и я считал, что этот город такой же разбитый, как Грозный. Однако с трудом отыскал один простреленный дом. Но было видно, что американцы активно поддерживали мусульман. В то же время в Сараево есть "Мост Ромео и Джульетты", названный горожанами так в честь романтической истории наших дней. По этому мосту шла девушка-сербка с парнем-мусульманином. Снайпер убил ее, а потом и парня, когда тот попытался оказать своей подруге помощь. Мой друг, полковник Борис Охтинский, показал собор с мозаичным изображением Христа. Шальная пуля попала в мозаику - в сердце Спасителя...
      - Александр Антонович, в одну из чеченских командировок в Тверь пришло страшное известие о вашей гибели. Расскажите об этом моменте.
      
- Надо признать, что информационные баталии во время первой чеченской кампании выигрывали дудаевцы. Мавлади Удугов, когда-то не прошедший по журналистскому конкурсу в республиканскую газету "Голос Чечено-Ингушетии", выдавал информацию раньше. Мы опаздывали, порой по вине российского командования. С нами тогда генералы делились информацией скупо и неохотно. Однако "по швам" мы перед ними не стояли. Во время боевых действий могли лазить черт знает где. 6 марта 1996 года во время первого штурма Грозного я был контужен. Спасли меня местные чеченцы. У меня тогда был полный рот крови, я толком не мог говорить. Потом прыгал со второго этажа на кучу щебня. Когда упал, что-то ударило по голове. Это парни сбросили забытый мной сотовый телефон, показали направление, куда мне бежать к своим. И до сих пор помню их слова: "Только правду пиши!" Потом я весь разорванный, в крови, с частичной потерей слуха приполз в редакцию "Грозненского рабочего". Вижу, сидит там мой друг, Лема Турпалов, и так язвительно говорит: "Ну что, навоевался?"
      Кто тогда распространил сообщение о моей гибели, не знаю до сих пор. Чеченцы сказали мне, что это было предупреждение дудаевцев, "чтобы не выпендривался". Дело в том, что в начале 90-х годов по приказу Дудаева историки создали карту "Великой Ичкерии", включавшей весь Северный Кавказ, часть Краснодарского, Ставропольского краев. И даже остров Чечен в Каспийском море. Это держалось в тайне. Я сообщил об этом в ТАСС. Поскольку уже тогда я был репортером, которого многие знали, а сообщение прозвучало с центральных каналов, я попросил коллегу Григория Брынзу с ОРТ передать, что я жив. Иначе в Тверь пошли бы деньги мне на гроб. Тогда чеченцы говорили: "У тебя, Саша, теперь два Дня рождения". 16 января - первый, и 6 марта - второй. В марте этого года мне исполнилось пять лет.
      - Есть информация о связях чеченских сепаратистов с талибами. Действительно ли она существует?
      
- Чеченский полевой командир Цагараев действительно выходил на талибов. Но они якобы ответили ему: "Мы не будем вам помогать до тех пор, пока вы не выгоните арабов. Потому что они террористы и дискредитируют вас". Так было в прошедшем мае.
      - Одновременно с вашим награждением по Твери пронесся слух, что Харченко направляют во Вьетнам. Так ли это?
      
- Нет, это была разовая поездка. В нашем агентстве есть группа, работающая в "горячих точках", но когда мы возвращаемся, нам дают командировки, где можно и поработать, и отдохнуть. Я ощутил прекрасное отношение к России. Один из примеров был на ГЭС, построенной при помощи советских специалистов. Во время аварии там погибли и наши, и вьетнамцы. И имена советских специалистов по-русски высечены на памятнике. У ГЭС нет долгов, поскольку энергетика там в руках государства. Меня несколько удивил Ханой, где почти нет муниципального транспорта. Многие ездят на мопедах и велосипедах. Одному рикше, который предложил меня покатать, я в шутку ответил, что сломаю его тележку, поскольку вешу, как целая вьетнамская семья. Везде чистота. Дороги сделаны нормально. Добираться до Ханоя пришлось через Бангкок и Париж, так что удалось вдохнуть парижского воздуха в аэропорту имени Шарля Де Голля. Мы с женой, переводчицей французского, мечтаем съездить в этот город хотя бы на неделю, но пока для меня впереди только поездка в Грозный, снова на два месяца.
      - В промежутках между командировками вы живете в Твери. Я вижу, что в вашем кабинете с коллекцией гильз и осколков, собранных на войнах, соседствуют книги. Ваше хобби - чтение или, может быть, охота?
      
- Нет-нет, стрельбы с меня хватает. А читать я действительно люблю. Люблю Бёлля, Ремарка, а из сегодняшних - Абдулаева: у него четкая позиция по вводу войск СССР в Афганистан, какой я не встречал больше нигде. С великим удовольствием прочитал книгу генерал-полковника Геннадия Трошева "Моя война". Генерал Геннадий Трошев прямо пишет о трусости высокопоставленных чинов, из-за которой в Чечне гибли люди. Прочитал Кончаловского. Люблю ходить в филармонию, картинную галерею, ездить в Раек, по пушкинским местам. Собираюсь попасть в старицкие пещеры. Я по натуре авантюрист и лезу туда, где страшнее. Полезу и в пещеру по веревке. Люблю редкие цветы, как "юкка".
      - Расскажите про своих близких.
      
- Обычная семья, только меня по нескольку месяцев не бывает дома.
      Когда жену повезли в роддом, я на магнитофон записал: "Хочу дочку!" Мне нравится, что дома - платья, а не танки и пистолеты. Дочь закончила филфак нашего университета.
      - Ваша главная мечта?
      
- Когда все закончится, взять дочку, приехать в Чечню, в горы, и с чеченцами на горном озере встретить рассвет. И чтобы не бояться, что в меня выстрелит снайпер. Там должен быть мир. Я не хочу, чтобы мальчики в Чечне рождались с автоматами.

Записал Борис Гуров

Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru