Архив номеров

    ЛИТЕРАТУРНЫЙ КЛУБ
  ДЫМНЫЕ МИРАЖИ 

Они стояли у старой колонки. Деревянные домишки выстроились в две шеренги, образуя пыльную улочку. Пронзительная чистота июньского вечера нарушалась редким скрипом калиток, рычанием ленивых собак да отдаленным шумом троллейбусов.       Девушка слегка сутулилась, отчего ее худые плечи под темно-синей ветровкой казались совсем тощими. Она держала руки глубоко в карманах. Спрятанные кисти не мешали мастерской жестикуляции плечами: она пожимала ими, высоко поднимала, выразительно отводила назад, выдвигала вперед. Они разговаривали уже пятнадцать минут.
      Александра МАЛЬКОВА

- ... Правда, Гарик?! Я тебя прекрасно понимаю: дружба превыше всего. Все остальное не стоит внимания, особенно бабы. - Впервые за время разговора рука показалась из кармана ветровки - в тонких пальцах белела сигарета. - Любви, как известно, нет, то есть нет взаимной любви, - пальцы разминали сигарету.
      - Нет, ну как! Любовь есть, обязательно есть! - Гарик присел на колонку и провел рукой по своей бритой голове. - Ты ее еще просто не встретила...
      - Любовь существует вовсе не объективно, а вот дружба - понятие конкретное, - она взглянула на него исподлобья. - И ты сам выбрал именно дружбу, не так ли?
      - Как обычно ты немного не так ставишь акценты, - мягко сказал он. Улыбка растопила янтарную смолу его глаз, темные веснушки рассыпались. - Ты пойми, Лер...
      - Я понимаю все, Гарик. Прости, я неточно выразилась... Это я пыталась выбирать между вами.
       Она щелкнула, наконец, зажигалкой и повернулась к нему в профиль. Он рассматривал чуть приподнятый нос, мягкий абрис подбородка, огромные глаза, которые в закатном свете и облаке дыма казались светло-серыми, хотя были (он помнил) серо-зелеными, вернее, серо-желтыми.
      - Я во всем виновата...
      - В чем же? Она почувствовала его раздражение, уголки губ ее немного опустились, отчего челюсть обрела монетную четкость. А он вдруг вспомнил вечер, когда был январь и стояли сухие морозы. Четверо подвыпивших корешей среди ночи решили навестить подруг-студенток. Он как сейчас видел длинный узкий коридор общаги, тусклый свет лампы дневного света и возникшую фигуру. Она мягко подошла к курящим парням и тепло улыбнулась.
      - Познакомьтесь, кстати! - заявила Нинка с претензией на светский разговор. - Артем, Денис, Игорь, Гарик. Они вообще-то оба Игори, но вот он, - Нинка небрежно махнула в его сторону, - Гарик. А это Лера...
      Они замолчали уже давно, еще когда она быстро скользила, приближаясь. Никто почему-то ничего не сказал и после представления. Она, улыбаясь, заглянула в лицо каждому.
      - Очень приятно, - ее сильный, музыкальный голос качнул стены и фигуры, опиравшиеся на них. Артем врезался в Лерку сразу и безоговорочно.
      - Я пыталась исправить эту ошибку.
      Он задумался и не заметил, что она уже смотрит ему в глаза.
      - Что исправить? - не понял он.
      - Наше с ним знакомство, - завеса дыма на секунду встала между ними, она легко отбросила ее взмахом руки. - Помнишь дискотеку на нашей студвесне?
      - Когда ты не пришла?
      - Когда я поняла, что наши отношения с Артемом затянулись до неприличия, - она усмехнулась, - хотя мы встретились с ним всего четыре раза.
      Он сам договорился с Артемом, договорился с Нинкой, что она придет с Валерой. Все для того, чтобы его друг встретился с ней.
      
      В апреле Лерка "легла на дно" - отыскать ее было просто невозможно! К телефону в общаге ее не звали, соседки по комнате, отводя глаза, бурчали, что ее нет; Темка психовал, впадал в депрессняк и ничего не понимал. А он, Гарик, понимал... Чувствовал... Но решил сыграть роль "скорой помощи". Зачем?
      -Почему ты решила с ним порвать? - Он тоже вытащил сигарету и, чиркнув спичкой, сделал полузатяжку - курить хотелось несильно. Ее правая бровь высоко поднялась, губы выгнула иронично-загадочная улыбка:
      - Потому что нельзя знакомиться с людьми, напившись до свинячьего визга: обязательно что-нибудь пропустишь.
      На мгновение отведя взгляд, она сбила пепел и снова полыхнула ему в лицо серо-зеленым пламенем глаз. Он молчал, потому что задохнулся дымом (слишком глубоко затянулся?).
      - Я уже пропустила одно из главных явлений своей жизни. Он молчал. Молчала и она. Он рассматривал свою сигарету. - Да-да, ты правильно думаешь: я пропустила тебя... Резко отброшенный окурок исчез в кювете, левая рука снова пропала в кармане, плечи поднялись:
      - В какой-то момент я вдруг увидела тебя: ты искрился жизнью, с тобой хотелось идти, не спрашивая, куда и зачем, - плечи опустились, - но ты никого с собой не брал...
      Он очень хотел ее взять. Он видел во сне эти удивительные глаза, светлые пряди, мягкие губы, ощущал тепло тонких пальцев на своей коже, когда просыпался ночами и долго не мог заснуть. А она была девушкой его друга.
      Уже в мае они с Денисом и случайной знакомой засели в горсаду попить пивка. Внезапно на боковой аллее появились Валера и Темка. На его фоне она казалась снежной королевой: белая кожа, белые волосы, белый короткий плащ. А руки, как всегда, в карманах. Артем помахал им рукой и увлек ее по аллее дальше. Что его толкнуло побежать за ними, упрашивать остаться, посидеть с ними, не знает и он сам. А может, знает...
      - Именно ты помог мне оценить всю прелесть беготни на ипподроме по снегу, когда в любой момент можешь быть затоптан лошадью.
      Они оба расхохотались, вспомнив этот эпизод. Им было лень обходить огромное поле ипподрома, и они решили срезать - пройти прямо через беговые дорожки. Они размеренно перебирались через глубокий, подтаявший снег, когда ударил гонг. "Лошади!!!" - в панике закричала Нинка. Чудом не столкнулись с лошадьми, у которых начался забег!
      В тот весенний вечер, к явному неудовольствию Темки, Лера предпочла остаться с ними в горсаду. Что пили, уже никто точно не вспомнит: вино, пиво, опять вино и опять пиво. Когда зажглись огни, и с Волги потянуло весенним морозцем, Валера робко предложила прогуляться. Ее била дрожь - белый плащ не спас. Потом догонялись водкой в "Карине", грелись и слушали радио.
      Компания распалась внезапно: левая девица убежала домой, Артем куда-то пропал, и во втором часу ночи он, Денис и Валерка оказались на главной улице города с шестью рублями на троих. Диня стопорнул "Форд" и по-дружески промычал водителю: "Слышь, друг! Довези до Савелова! Будь другом, а!"
      
      Они мчались по ночному городу, и трудно было понять, как так получилось, что она взяла его за руку и провела холодным пальцем по ладони? Однако это случилось, и он ответил на прикосновение. Они вышли между ее общагой и его поселком. Нужно было что-то срочно решать, иначе она уйдет домой, и он бухнул без надежды на согласие:
      -Ну что? Пойдем ко мне? Правда, у меня папа дома, мама дома, сестра дома. Но ничего! Попьем чайку?
      Она весело тряхнула светлой головой и протянула ему свой плащ - он был в одной рубашке и совсем окоченел. Они шли по залитой неоном улице: он закутан в ее плащ, она обнимает себя за плечи и смеется. Все закончилось так же странно, как и началось: появился Артем - вырос как из-под земли прямо перед ними и вцепился в его плечо: "Гарик! Что за фигня!" - "Артеха, ты неправильно понял..." Ее лицо вспыхнуло, она схватила свой плащ, резко развернулась и побежала.
      - Валера... - теперь уже он повернулся к ней боком. - Он мой друг... Я не знал... не знал, как ты на самом деле ко мне относишься... Ты тогда убежала, хотя могла и сказать что-нибудь.
      - Не могла, Гарик, - улыбка была горькой. - Я жалела Темку, не хотела никому сделать больно, как и ты.
      Он не выдержал и заглянул ей в глаза. В них снова тот холод, как тогда, когда позже они втроем пили пиво во дворе Леркиной общаги: мирились. Да, он никому не желал зла: ни Темке, ни Лерке, поэтому просто ушел.
      - Я понимала, что для тебя дружба важнее меня, - она смотрела прямо и не ждала опровержения. - Изо всех сил я пыталась, чтобы у нас с Артемом что-то получилось, но было поздно - я полюбила тебя...
      Вот оно и сказано.
      - Тебе показалось... Все не так... (Зачем этот лепет!) Я хочу сказать, Лер...
      - Молчи, уже ничего не изменишь.
      Ему стало холодно. Он искал в ее лице пояснения, но она упрямо не поднимала глаз, и тоскливое чувство потери зародилось где-то глубоко в груди и потихоньку разрасталось, как опухоль.
      - Можешь мне не верить, но я не писала тебе потому, что любила тебя, - ее худые плечи опустились устало и даже жалко. - Ты же верный друг своего друга, а значит, писать не имело смысла.
      - А я ждал, - он вынул измятую пачку и достал последнюю сигарету. Она также разминала никотиновый стержень. Они закурили и одновременно выпустили в лиловые сумерки два густых облака.
      - Я ждал, что ты напишешь, - повторил он.
      - Зачем? - серо-зеленый взгляд был откровенно удивленным. - Чтобы прислать дружеские фразы, ничего не значащие и пошлые? К тому же ты переписывался с Мариной.
      Он хотел сказать, что ему была нужна бумага, которую держали Валеркины руки, но осекся - она опять права, я бы писал ей как другу, потому что она девушка моего друга. И я действительно переписывался с Мариной, хотя она мне... а, да что там!
      - Впрочем, я тебе писала, - она резко отвернулась, и он не успел увидеть выражение глаз. - Я поздравила тебя с Днем рождения, но тебя уже перекинули в другую часть, нового адреса я не знала, да и оставалось тебе служить меньше двух месяцев.
      
      Писала... Холод в груди превратился в кусок льда, он похоронил ее в сердце, когда в течение года службы не получил от нее ни строчки, а потом уже просто ни о чем не думал: ждал приказа, дембеля, отца, мать, сестру. Нервно сглотнув, он присел на корточки у колонки и беспомощно откинул назад голову. Она продолжала стоять к нему спиной, ее плечи опять поникли. Она сбрасывала и сбрасывала пепел с сигареты, хотя это было не нужно - чистый уголек ярко лучился в опускающейся темноте.
      - Все-таки я на что-то надеялась, - ее голос дрогнул, - хотя это было глупо, - она не смотрела на него, взгляд терялся. Вдруг она резко перевела глаза на него: - Ты все равно никогда бы не пришел ко мне. Ее взгляд не давал возразить, он устало и цепко проникал в его душу. Он не пришел бы к ней после службы. Они оба знают это, ее лицо на секунду окаменело.
      - Ну, вот и все, - улыбка была спокойная, прямая.
      - Ты... ты ведь не уйдешь сейчас, Лер. Там еще море водки, сейчас дансинг устроим, торт мамин попробуем, - он говорил не то и знал сам, что несет чушь. Она кивнула, светлые пряди рассыпались:
      - Я уйду, когда будет нужно. Поверь, расставаться не так уж больно, если расставание уже произошло. - Ее рука легко коснулась "ежика" на его голове. - Принеси сигареты, Гарик, - кончились.
      Он проник в дом в несколько секунд, схватил в прихожей пачку, бросился обратно, сбежал с крыльца и уже в воротах видел, что у колонки никого нет. Машинально он перешел на другую сторону. Что-то белое. Кусок бумаги: "Вот видишь, Гарик, и нисколько не больно, правда? Будь счастлив!"
      
      Ещё рядом! Бежать!!! Он кинулся вдоль по дороге, по тропинке, ведущей на большой пустырь, где раскиданы многоэтажки. Задыхаясь, он промчался мимо детского сада, школы; вот снова будет открытое пространство, за ним троллейбусный путь, она, наверное, там! Он вбежал на пригорок, сердце оборвалось: никого! Парень с девушкой, неформалы, бабки у подъездов, а там, вдалеке, уже почти у остановки сутулые плечи и темная ветровка. Он буквально скатился с пригорка, на одном дыхании добежал до деревьев - от них рукой подать, и ... она обернулась.
      Она не видела его. Он знал, что она не могла его видеть - плохое зрение. Но она обернулась и широко помахала. Ему. Он не сомневался. Опять она знала, что он сделает: побежит за ней. Сердце уже съеживалось от тоски - навсегда уходило что-то светлое.
      Она помахала рукой, обернулась к подъехавшим "Жигулям", обняла вышедшего из них мужчину, поцеловала его, а он потрепал ее светлые волосы. Они сели в машину, габаритные огни вспыхнули, погасли, красный отблеск капота влился в поток автомашин.
      - Действительно, уже поздно, - пробормотал Гарик.
      Он вскрыл новую пачку, выбил сигарету, затянулся и выпустил облако в начинающие пульсировать на черном небе звезды.

Рисунок автора

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru