Архив номеров

    ГОРОД МАСТЕРОВ
  ЛЕКАРИ ВРЕМЕНИ Проснувшись под звон будильника, мы затем в течение дня неоднократно поглядываем на часы, чтобы знать, не пора ли что-либо делать, куда-либо идти и так далее. И, наконец, вечером по часам мы определяем, что настало время ложиться в постель. А как только наш верный друг, часы, останавливаются, мы спешим в мастерскую, так как, не сверяя свою жизнь с подручным эталоном времени, прожить в наше время непросто.       А как течет время самого близкого к часам человека - часового доктора? - заинтересовались мы и заглянули в мастерскую на улице Трехсвятской.

Инесса Павлова стесняется, когда ее называют начальником, хотя на ней и лежит решение всех административных вопросов небольшого коллектива часовых мастеров.
      
- У нас тут все мастера. И нет никого, кто бы отработал менее двадцати лет, а есть и отработавшие уже тридцать лет, причем все женщины. Мужчин у нас нет из восьми человек ни одного.
      - Инесса Евгеньевна, тяжел ли труд современного часовщика?
      
- Конечно, эта работа требует и усидчивости, и внимательности. Когда в советское время часовщиков для нас готовил учебный комбинат, то бытовало мнение, что часовщики много халтурят. Шли учиться в надежде потом зарабатывать большие деньги (но в советское время разве дадут тебе много похалтурить?). И учили помногу, группу целую набирали по двадцать пять человек, а оседало-то мало.
      Я вот лично не училась, практически я самоучка. Начинала с приемщиков и дошла до всего сама. У нас раньше после учкомбината, примерно как после института, говорили: "Забудь, чему тебя учили!"
      Сам учкомбинат был тогда на Шмидта. Готовили там парикмахеров, швейников и нас, часовщиков. Потом, когда человек приходил в мастерскую, его сажали к старым мастерам и переучивали, можно сказать.
      - А что же, в учкомбинате учили не тому?
      
- Дело в том, что если работать, как там учили, мы никогда не напасемся запчастей. Тем более в наше время. Учкомбинат учил новые детали вставлять, а мы приучали молодых реставрировать.
      - А Москва не поставляет запчасти, нет ли там специализированных пунктов по запчастям?
      
- Во-первых, у нас очень большой разброс. Сколько заводов было по Союзу-то? И Орловский, и Владимирский, и Угличский. А если мы по всем будем ездить, это же все войдет в стоимость часов. И поездка, и посылка.
      - Значит, можно сделать на завод заказ, и они вышлют вам запчасти бандеролью?
      
- Это раньше такое практиковалось. А теперь-то уж мы всеми правдами и неправдами. Ездят челноки, тоже привозят детали, стараемся у них что-то прикупить. А потом часы-то какие стали, Господи. Вот часы, которые сорок лет отработали, их раньше делали из остатков танка, наверное. Их откроешь, там и выработки вообще нет. А теперешние часы! Откроешь и думаешь, то ли делать их, то ли сказать заказчику, чтобы выбросил. А ведь даже будильник какой-нибудь стоит сейчас сто тридцать рублей. Попробуй скажи "выброси" заказчику-пенсионеру.
      - Какие же в этом плане хуже - электронные или механические часы?
      
- Механические всегда лучше. Но раньше были надежные электронно-механические. Эти вот "янтари". В них пихали мало пластмассы. Они уже у людей по двадцать пять лет отходили. Но у нас опять с ними пошли проблемы. Их снимают с производства, значит, начинается напряженка с запчастями. А вот эти кварцевые современники или даже механические откроешь, а там - сплошная пластмасса. А пластмассу с металлом разве можно сравнить?
      - Но зато, наверное, к этим современным часам есть запчасти?
      
- По той цене, по которой нам дают запчасти, если целые часы собрать, то они встанут в три раза дороже новых часов того же производителя. Дешевле купить новые часы и разобрать их на запчасти. Придет заказчик, заменим мы ему одну деталь, а она ему станет как половина стоимости новых часов. Поэтому мы отказались от ремонта наручных кварцевых часов.
      - Считается, что сейчас российская и тверская экономика переживает период подъема. А ощущаете ли вы это на своем часовом деле?
      
- Хотя наш ремонт недешев, в среднем пятьдесят-шестьдесят рублей, сейчас объемы работы очень увеличились по ремонту и наручных, и крупных часов. А почему? Потому что поняли. Эти вот всякие китайские стоят-то всего сорок пять рублей, но они год-два отходят и выбросишь. И лучше отремонтировать у нас старые, надежные, которые потом будут еще долго ходить.
      - Пользуются ли вашими услугами известные в городе люди?
      
- Да, например, в кабинете Платова я сама делала большие напольные часы.
      
      Мы с Инессой Евгеньевной коснулись темы часов известных западных фирм. Оказывается, и в этом случае и клиент, и мастер опять же сталкиваются с проблемой запчастей. Они очень дороги, и нет отлаженных каналов поставки. Получается, лучший вариант - это обзавестись отечественными часами, но какой фирмы? Инесса Павлова считает, что часы каждого завода имеют свое характерное "слабое место". В "Востоке" "летит" пружинка. В "Славе" летят мосты. Сейчас многие тверичи приобретают продукцию наших соседей - часы из ярославского Углича. Но угличская "Чайка" требует чрезвычайно аккуратного обращения. Пошла хозяйка в этих часах полоть огород, попала в них песчинка или немного влаги - неси в ремонт. С "Чайкой" в Твери связана еще одна проблема: в инструкциях прилагаемых к этим часам указан пункт гарантийного ремонта, якобы располагающийся по адресу: г. Тверь, Артиллерийский переулок, 22-79, тел. 31-52-07. Работники мастерской просят тверичей не пользоваться этими координатами. Хозяева телефона просто измучены неимоверным количеством звонков, а никакого гарантийного пункта на Артиллерийском нет и никогда не было. По сути, единственной фирмой, не вызывающей нареканий, оказался "Полет".
      -В "Полете" не могу назвать ни одного "больного места". А вообще, чем меньше "наворотов" - календариков и прочего, тем надежнее часы.
      Перед уходом мастерицы рассказали и о нарождающейся в их мастерской семейной династии.
      Лидия Гончаренко работает на приеме часов с 1966 года - уже тридцать четыре года. Сын Лидии Геннадьевны также пошел по пути часового мастера и работает здесь, в Твери, но в другой мастерской. Возможно, часовщицей станет и внучка Мария.

САПОЖНИК - ПРОФЕССИЯ ФИЛОСОФСКАЯ В небольшой будочке на людной улице сидит человек. Сидит и постукивает себе молоточком. Тук-тук. Меняются исторические эпохи. Лошадей с улиц вытесняют автомобили, а он все сидит. Тук-тук. Также легко взлетает молоточек в умелых руках. Тук-тук. Вы, конечно же, догадались, что человек в будочке с молоточком тук-тук - это сапожник.
      В руках Славы с бульвара Радищева мелькают, сменяя друг друга, дамские туфли, унты, мужские полуботинки. Не прерывая своей работы, Слава рассказал нашей газете о жизни и о себе.

- Отец мой в России уже с 1922 года. Приехал он из Ирана. Уже писали газеты, что у меня очень редкая национальность - ассириец. В Твери отец чистил обувь там, где сейчас стоит магазин "Молодежный".
      - А кто-нибудь в вашей семье занимается еще сапожным ремеслом?
      
- Да, мои брат и сын работают сапожниками на Володарского, где сбербанк, а жена - где "АНТЭК-Посуда". Тоже сапожничает.
      - Скажите, существуют ли родовые секреты сапожного мастерства? Обучались ли вы сапожному делу в каком-либо заведении?
      
- Наверное, Бог дал профессию, и все. Просто мы мастеровые. Я - самоучка. Сел, стал работать и потихоньку научился. Раньше у меня был ларечек на Студенческом переулке. В нем я работал с 1971 года.
      - Прижимали ли тогда, в советское время, частников-сапожников или не очень?
      
- Строго было. Молодым тогда этим заниматься не разрешали. Надо сказать, я был первым из молодежи, кто стал работать частником. Так-то инвалиды в основном работали. Им разрешалось. А так и не знаю, как мне повезло. Наверное, потому что отец работал лет тридцать с лишним на фабрике.
      - Значит, ваш отец не только чистил обувь, но и работал на фабрике?
      
- Это была обувная фабрика на Володарского, на набережной. Козырев директором был.
      А мне райисполком тогда еще Новопромышленного района дал разрешение работать в ларечке. Двадцать пять лет я отработал там, на Студенческом переулке, и вот уже четыре года здесь.
      - Тут место получше?
      
- Да, там у меня совсем была конура, в два раза меньше. А здесь все-таки светло. Окна большие.
      - Слава, а для ремонта сложнее та обувь, что была раньше, или современные модели?
      
- Сейчас сложнее. Качество обуви низкое стало. Раньше практичнее обувь была, да и служила дольше. Наши Кимры и Калязин делали хорошую обувь, но ее теперь нет. А сейчас Турция, Китай, Польша выпускают не пойми что.
      - Попадаются ли вам качественные импортные модели?
      
- Английская обувь, она хорошая, но ее очень редко вижу. Чехословакии сейчас нет. Венгрия и Румыния тоже давно не встречались. Неплохая обувь поступает из Италии и Испании.
      - А как вам обувь современных тверских производителей?
      
- У них ничего обувь, та, что здесь турки делают. Она внешне нормальная, но подошвы-то все плохие. Клей не выдерживает, отрывается подошва. Они сажают ее на клей, а я вот пришиваю.
      - Я вижу, вы сами вырезаете подошвы из резины?
      
- Иногда можно и микропорку сделать, но на модельную обувь уже такую не поставишь, туда желательно литую.
      - Раньше было модно для прочности каблуков ставить на них набойки из металла. Сейчас от них отказались?
      
- Нет, почему - ставят, и очень многие. Приходят и просят прибить. Одно время стеснялись, что они стучат, а сейчас - нет. Ремонт-то стал недешевый, материалы дорожают чуть ли не каждый день. И непонятно отчего, ведь доллар на месте.
      - А эффективны ли эти подковки для защиты обуви?
      
- Хорошие - да, но встречаются всякие. У меня старинные поставщики. Я в Москве беру, там на складах есть еще старые советские запасы.
      - А какую обувь носят в Москве, как у нас или получше?
      
- Немного получше классом. Москва побогаче. Не каждый у нас в Твери может купить обувь за шесть или семь тысяч, за двести-триста долларов. А они могут, у меня есть много клиентов-москвичей. Некоторые постоянные - пятнадцать лет и больше.
      - Это москвичи, имеющие в Твери свой бизнес?
      
- Не только, также те, что раньше здесь жили. В Питере у меня тоже свои есть. Едут сюда и мне сумку обуви в ремонт привезут. А недавно один мой клиент прислал туфли из Мордовии через свою маму.
      К славиному ларечку подошла молодая мама с маленьким ребенком. Ей во что бы то ни стало надо было сделать туфельки за час, так как больше, по ее словам, надеть просто нечего. У мужчины в кожанке с сотовым тоже был срочный заказ.
      - Клиенты нынче стали нетерпеливые или у вас такая срочная специфика ремонта?
      
- Ну я стараюсь делать быстро, но что-то и не успеваю. И отказывать-то не хочется, потому что уже постоянные клиенты. Но их много стало, а места у меня мало. Иногда ищешь среди этой обуви нужную пару, и тяжело бывает сразу найти.
      - Слава, а встречаются ли среди ваших клиентов известные в городе люди?
      
- Таких много. У меня ремонтируются и артисты, и академики, и политические деятели. Борис Кузнечик - мой постоянный клиент. Давно, уже, наверное, десять-пятнадцать лет, ремонтируется. Академик Борис Губман тоже.
      Обувь дорогая, куда попало идти не хотят, сюда и идут. Из Думы много приходят и из администрации. Я, правда, не спрашиваю: "Где вы работаете?" Но они сами иногда говорят: "Я с администрации!" - ради Бога, какая разница. А вообще они заметны, да и телевизор я тоже смотрю. Многие из них еще так высоко и не были, а уже ко мне приходили. Люди-то растут. Учатся и растут, двигаются по работе. Это я все сапожник.
      - Сапожник - профессия философская?
      
- Пожалуй, вот у сказочника Андерсена папа был сапожник. У Сталина также сапожник был отец. Многие были связаны с этим делом так или иначе. Руки у нас работают, а голова-то свободна.
      - Профессия сапожника пришла к нам из средневековья, когда ремесленники кооперировались в цеховые объединения. Бывают ли у сегодняшних сапожников профессиональные, цеховые съезды, может быть, конкурсы или это чисто индивидуальная профессия?
      
- Нет, конкурсов не бывает. Но сами сапожники знают, кто и как ремонтирует, кто мастер получше, кто пониже классом. А так, какой конкурс? Кто быстрее сделает набойки? Есть мастерские, где шьют на заказ. Это и есть цеха. Но там один хозяин, а на него работают несколько человек.
      - А вы индивидуалист?
      
- В основном да. На кого надеяться?
      - Слава, а остались ли у вас какие либо связи с иранскими родственниками?
      
- Да я там не был. Я в России родился, в Туле, а в Твери с 1955 года. Слава Богу, сорок пять лет. Я уже обрусевший. Какой там я "нацмен" или "кавказской национальности"?! Я русский лучше знаю, чем многие русские, правильно?

Полосу подготовил Борис Гуров. Фото Анаиды Джилавян

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru