Архив номеров

    КРУТОЕ ЧТИВО
  СОКРОВИЩА ПРАДЕДА (ПОИСКИ БОГАТЕЙШЕГО КЛАДА СТОИЛИ ЖИЗНИ НЕ ОДНОМУ ДЕСЯТКУ ЧЕЛОВЕК)

Ничто не предвещало беды. Казалось, что Первомай 55-летний Семен Порфирьевич Пасенов и три его сына, Иван, Данила и Егор, отметят так же, как всегда отмечали праздники, - сначала упьются до скотского состояния, а потом станут бить друг другу морды. Но случилось непредвиденное: выпив очередную дозу, Семен Порфирьевич вдруг побледнел, выронил стопку и, упав на пол, забился в конвульсиях. Изо рта пошла пена.
      Сыновья в ужасе обступили старика. "Что с тобой, батяня?!"- наперебой кричали они. Но Семен Порфирьевич, давясь пеной, успел только вымолвить: "От дерева... двадцать шагов на юг... сорок пять на восток..." - после чего успокоился навеки.

Сыновья Пасеновы поняли, о чем говорил им старик, - они уже раньше слышали от него эту историю. Отец покойного Порфирий Демьянович был мужиком богатым. Знали его не только в родном селе Дрезнево (это на севере нынешней Тверской области), но и в Твери. Порфирий Демьянович владел кожевенным заводом, содержал в Дрезневе кабак - одним словом, был, как сказали бы большевики, кулаком. В 18-м году, увидев, что халява кончилась, Пасенов, бросив в Дрезневе молодую жену (третью по счету) с малолетним Семеном на руках, укатил в Париж, где, как говорят, вскорости помер - не то от ностальгии, не то в белой горячке. Уезжая, он рассказал жене, что закопал в деревне клад, который она сможет выкопать, если настанут совсем тяжелые времена. На смертном одре мать поведала о кладе сыну, но Семен Порфирьевич тогда не придал ее словам большого значения: он работал на заводе в Калинине и интересовало его в жизни только одно - как перевыполнить норму. Впрочем, детям про наследство он все-таки рассказал, а умирая, сообщил, как видим, и точные координаты.
      Времена, однако, на дворе были брежневские, так что наследники решили повременить с поисками клада: достань они его, вмиг кто-нибудь настучал бы, и все трое сели бы за нетрудовые доходы. Между тем годы шли, и вот однажды средний брат, Данила, встал за свой станок несколько пьянее обычного. Одно неловкое движение - и он весь был отфрезерован вдоль и поперек. Дети у него были маленькие, и про клад он им еще ничего не рассказывал.
      Самым беспутным был младший Пасенов, Егор. Темные компании, голубятни - и в результате сел за изнасилование. Вернулся годков через десять с лишним в последней стадии туберкулеза, покашлял на свободе чуток - и загнулся. Детей у него не было.
      До пенсии дожил только Иван Семенович. Умирая в муках на больничной койке (цирроз печени), он передал своим детям семейную легенду.

КРОВАВОЕ НАЧАЛО

Времена меж тем настали для частной инициативы самые что ни на есть благоприятные. Казалось бы, чего стоит братьям собраться, поехать в Дрезнево, выкопать клад да поделить пополам? Ан нет - поругались братья: каждый хотел получить весь клад. Усиленно шевелили мозгами, права себе выдумывали. Старший, Виктор, говорил: "Я старший, значит, мне все деньги полагаются". Юрий, младший, не менее резонно парировал: "Да у вас с женой ни одного ребенка нет! А у меня - трое, да от первой жены четверо, алименты платить надо. Мне деньги нужнее!" В итоге решили ехать по отдельности; каждый рассчитывал про себя, что ему как раз и улыбнется удача.
      Первым в Дрезнево приехал Юрий. Приехал и был ошарашен: где искать?! Дом прадеда не сохранился, и никто не мог указать, где он был: старики все поумирали. Да и деревьев-то не осталось: последние яблони-антоновки да осины гнилые еще в 92-м на растопку извели. Подумал-подумал Юрий, да стал в лес ближний с лопатой ходить, каждое дерево там окапывать. Естественно, безуспешно. От расстройства такого сошелся Юрий с одной дебелой молодухой и все вечера у нее проводил, а наутро опять шел в лес.
      В это время приехал в село Виктор. Только с попутки сошел, а Юрьева молодуха, что как раз мимо проходила, кричит ему: "Что усы-то сбрил?!" Виктор сразу понял, что враг приехал раньше: сам он никогда усов не носил, а у Юрия роскошные были, как у вождя народов. Молодуху старший брат послал, а Юрия стал выслеживать, стараясь, однако, сам ему на глаза не попадаться.
      Но Юрий узнал от молодухи о приезде брата и выбрал ту же тактику. Так и следили они друг за другом в полной уверенности, что сами-то друг для друга невидимы. Вскоре противостояние закончилось: Юрий оказался удачливее. Раз Виктор забрел по пьяному делу глубоко в лес - там младший брат его и зарезал, а труп утопил в трясине.
      Теперь Юрий мог работать спокойно, без конкурентов. Однако результаты поисков по-прежнему были нулевые. Между тем отпуск кончился, и Юрий, пообещав молодухе вернуться через год, уехал в Тверь.

СМЕРТЬ ЗА СМЕРТЬЮ

Там он по-прежнему работал на стройке, пьянствовал с сослуживцами, и вот как-то раз по пьяни проболтался о кладе. Это сослужило ему плохую службу: в бригаде с Юрием работал вертлявый парнишка Руслан, в свои 18 лет уже успевший побывать и в колонии для малолеток, и на "взрослой" зоне. У Руслана были знакомые среди братвы, и он рассказал им о сокровище.
      Как-то вечером, вскоре после этого, какие-то крутые ребята заволокли Юрия в машину и увезли по Бежецкому шоссе далеко за город, в какой-то заброшенный бетонный сарай. Там его подвергли допросу с пристрастием, но Юрий молчал как партизан. Наконец на третий день пыток каленым железом он не выдержал и рассказал все, что ему было известно. Это избавило его от мучительной кончины под пытками - умер Юрий легко и без страданий: сразу после признания его застрелили.
      Получив нужные сведения, братва обосновалась в Дрезневе. Местных жителей заставили вырубать лес, корчевать пни и освободившуюся территорию перекапывать. Тех, кто пытался уклониться от принудработ, без разговоров расстреливали. Клад, однако, в руки не давался - зато на продажах леса братва здорово поднялась. Ребятки они были влиятельные, так что милиция в Дрезнево и носу не казала.
      Руслан же оказался двурушником и навел на Дрезнево еще одну мафию, конкурировавшую с первой (за это он вскоре был облит бензином и сожжен). Новые братки тоже приехали в село, и начались разборки за передел сфер влияния. Одно время в Дрезневе каждый день происходили перестрелки. Работники местной больницы за короткий срок ощутимо разбогатели, при этом штат персонала уменьшился вдвое: за каждого выздоровевшего братка врачей щедро награждали, за каждого умершего - одного из докторов ставили к стенке.
      Наконец сферы влияния были поделены, и братки взялись за дело с удвоенной энергией. Теперь перестрелки случались только во время пьяных ссор (впрочем, это бывало нередко). Кончилось тем, что весь лес в радиусе 15 км от Дрезнева к лету 97-го был вырублен, вся земля перекопана и братки, отчаявшись найти клад, вернулись обратно в Тверь.

НА ВЕРНОМ ПУТИ

Между тем старший сын Юрия от первого брака, Алексей, вырос и тоже загорелся идеей найти сокровища, о которых ему как-то мямлил пьяный папаша. В отличие от своих родственников (и братков тоже) Алексей учился в институте и соображал получше, чем другие кладоискатели. Приехав в Дрезнево и обнаружив там настоящую степь - ни одного дерева на много километров вокруг! - он отправился прямиком в райцентр, где жил известный краевед Павел Петрович Мудорев, большой знаток местной истории.
      Краевед, однако, Алексея разочаровал: он знал, чем в Дрезневе занимался Пушкин, какие картины писал Левитан, с кем в этих краях воевал Михаил Тверской, но легенда о зарытых сокровищах Пасенова была Мудореву неизвестна. В ярости Алексей стукнул кулаком по столу. Краевед оживился: "Прапрадед твой, Порфирий Демьянович, тоже, говорят, был человеком горячим. Раз во хмелю поспорил с одним московским купчиком, что на Рождество поставит у себя во дворе елку, из чистой меди отлитую. И поставил ведь! Пять метров высотой была. Ее на селе все просто называли: деревом. Долго стояла, только после войны ее в переплавку отдали. Видал в Дрезневе памятник Дзержинскому? Так вот, он из этой самой меди и отлит".
      Алексей памятника не видал - памятник этот еще года за два до его приезда увезли братки, - краевед же тем временем продолжал: "Я и место знаю, где елка стояла..."
      Алексей вскочил: "Поехали!"
      Поздно вечером молодой человек вместе с Мудоревым, отсчитав положенные шаги, в две лопаты раскапывали место, где должен был быть зарыт клад. Узнав, где стояла медная елка, Алексей хотел было отослать краеведа домой, но тот заартачился: "Как же! Такое событие, и я не стану его свидетелем?!" Зря Мудорев так артачился: Алексей не понимал, что деньги краеведа не интересовали.

НЕОЖИДАННЫЙ ФИНАЛ

И вот лопаты наткнулись на что-то твердое. Раскопали вокруг - оказался небольшой железный сундучок. Глаза краеведа заблестели, он рванулся к яме: "Давай достанем!" Алексей злобно оттолкнул Мудорева: "Подожди, перекурим сначала!" - и полез в карман, мол, за сигаретами. Тонкий стальной тросик - вещь в иных случаях жизни совершенно незаменимая, а между тем в кармане места почти не занимает. Алексей быстрым движением вытащил его из кармана и, накинув на шею краеведу, изо всех сил потянул за концы.
      В свои 73 года Мудорев был крепок и полон энергии, поэтому он долго сопротивлялся, тянул руки к шее, пытался ухватиться за тросик. Но плоть человеческая бессильна перед сталью, и через некоторое время краевед затих.
      Алексей бросился к сундучку, волнуясь, сбил замок (так нервничал, что попытки с 20-й сбил - все время топором промахивался). С замиранием сердца он открыл крышку, за секунду до этого зажмурив глаза, чтобы не ослепнуть от блеска огромной массы золота...
      Но золота в сундучке не было. Алексей не верил своим глазам: ларь был пустой, лишь на дне лежала какая-то старинная книга. Молодой человек раскрыл книгу. Это оказалась Библия, и совсем не древняя - всего 1893 года выпуска. В тверском "Букинисте" за нее дали бы максимум на пузырь самогона.
      Что это - прадед подшутил? Вдруг оттуда выпал пожелтевший листок бумаги. Молодой человек щелкнул зажигалкой - на листке карандашом был написан какой-то текст. Почерк явно старческий, орфография дореволюционная.
      Текст гласил: "Сие, дети мои, есть сокровище всех сокровищ земных. Ибо се единое от богатств, с коим возможно внити в Царство Небесное, и прочие же накопляются всуе, поелику чрез них душа не сподобится Жизни Вечной, но токмо чрез Слово Божие. Посему мой вам завет: чтите Господа нашего Иисуса Христа и да воздаст вам. Порфирий Пасенов, 1918 года мая 17 дня".

Роман Косяков

(c) "ЛОЦИЯ"

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru