Архив номеров

    НАША ИСТОРИЯ
  БИТВА НА РЕЧКЕ НА ВЕДРОШЕ
Исполнилось 500 лет, как окрепнувшее Московское государство Ивана III остановило стратегическую экспансию Великого княжества литовского на восток. Точку в этом поставили русские полки 14 июля 1500 года, основную силу которых составляли тверские войска.

Нараставшее противоречие между Литвой и Московским великим княжеством ждало только толчка, чтобы разразиться войной, причем, Иван III, зная свое могущество, готов был уцепиться за любой прецедент. Таковым оказалось инспирированное тайными московскими доброжелателями сообщение, которое в летописных источниках звучит так: "В лето 7008 (1500 год. - Прим. авт.) прииде весть к велику князю Ивану Васильевичю всея Руси, что зять его князь Александр Литовскыи учял нудити тщерь его Елену, а свою великую княгиню от греческого закона к римскому закону через крестное целование и через свою утверженую грамоту".       3 мая 1500 года Иван послал войско во главе с воеводой боярином Яковом Захарьичем в "Литовскую землю город Добрянеск взять", что и было сделано. Затем это войско взяло Путивль. Над Смоленском нависла угроза падения, что для Литвы было равносильно катастрофе.
      Историки оценивают силы сторон примерно равными - по 40 тысяч человек. Русскими войсками командовали 16 воевод, причем главным, Большим полком, командовал Данила Щеня, сторожевым - Юрий Кошкин, выделенный в засаду. Значительную часть Большого полка, как единодушно указывают все источники, составляли тверичи. Можно прикинуть, какова была их численность. Известно, что небольшие по территории и населению княжества могли выставить не более 10-15 тысяч профессиональных и полупрофессиональных ратников, большее число достигалось мобилизацией "пешцев" - народного ополчения. Хотя к 1500 году Тверское княжество еще сохраняло свой военно-экономический потенциал прежних князей, но выделить более 15-20 тысяч воинов оно не смогло. Тем не менее надо считать, что в бою на Ведроше тверичи сыграли основную боевую роль.
      По многим источникам историки реконструировали ход знаменитого боя. Литовский гетман Константин Острожский 14 июля подошел к Дорогобужу с запада и узнал от разведки, что войско воеводы Кошкина небольшое, но "третьего же дни" к нему пришло подкрепление с другими воеводами. Гетман не поверил этому и двинул войска от деревушки Лопатино к речке Ведроше.
      Русские войска располагались в 5 км западнее Дорогобужа на Митьковом поле. В засаду Щеня приказал стать Кошкину. Замысел был таков: преднамеренным отступлением передового полка через мост заманить противника за Ведрошу, а затем навалиться на него Большим полком, а с тыла - засадным.
      Литовцы с ходу атаковали передовой полк, который стал медленно отступать за речку. Атакующие увлеклись, предвкушая победу, перешли мост, фактически разбив полк русских. Затем военные действия временно прекратились, противники "стояша" по обе стороны другой речки - Тросны. Наконец гетман решился перейти мост основными силами и ударить на Большой полк Щени. Выбрав удобный момент, во фланг ударил засадный полк, сражение продолжалось шесть часов, литовцы не выдержали и начали отходить. Но тут русским удалось разрушить мост через Тросну, что помогло им уничтожить оставшуюся здесь часть литовского войска. Окончательно их добивали уже чуть южнее, на речке Полме. Гетман и литовские воеводы были взяты в плен. Здесь погиб цвет литовского воинства.
      На Москве весть о победе встретили с ликованием - как же, победили векового, удачливого, храброго противника. Иван III специально послал к нашим воеводам "спросить о их здравии" - высшая степень награды, ведь тогда не было орденов и медалей. А "первое слово" велено посланцу передать боярину Даниилу Васильевичу Щене, предводителю "тверской силы".
      Победа на речке Ведроше стала первым шагом к возвращению Смоленска в 1514 году. В этом есть и вклад тверичей.
      Даниил Васильевич Щеня умер в 1515 году при сыне Ивана III Василии. Род Щенятевых продолжал поставлять воевод и угас в конце XVI века, оставив по себе в русской истории добрую память.

ПАМЯТИ ДРУГА ТВЕРИ
Убит писатель Дмитрий Балашов. С трудом в это верится. Не стало человека, своим талантом открывшего нам, людям кануна XXI века, пласт времен далеких XIII-XIV веков.

Как все истинные писатели-историки, Дмитрий Михайлович был философски заряженной личностью: он не просто рассказывал читателю о далеких событиях русской истории, он размышлял о настоящем, о сегодняшнем. "Судьбы людей существуют в истории, и историей определяются беды и радости, успехи и скорби любого из нас, каждой бренной и временной человечьей судьбы, для которой краткий миг ее земного бытия вмещает в себя безмерность мироздания, с чудесами далеких земель и алмазными россыпями бесчисленных горних миров в океане небесном", - так может писать только философ.
      По его книгам можно изучать русскую историю от Александра Невского до Ивана III. Это потому, что свои размышления и тексты он сверял с мнением маститых историков - Льва Гумилева и Валентина Янина. Ему помогали другие специалисты-историки. В результате описываемые Балашовым события, персонажи, оценки, его личные гипотезы, вшитые в ткань захватывающего повествования, выглядят так, словно писатель подсмотрел в приоткрытую дверь давно ушедшего века.
      Одна из любимых тем Дмитрия Михайловича - тверская история периода первых князей, из которых наиболее ему люб Михаил Ярославич. Портрет князя писатель рисует так: "Семилетнего Митю (старший из сыновей, Дмитрий Грозные Очи. - Прим. авт.) он без усилий подымает к потолку на ладони. Самых свирепых жеребцов, взяв за узду, осаживает одной рукой. Медведей на охоте всегда сам берет на рогатину... Хватает его и на ордынские, и на свои, великокняжеские, заботы градские: сам принимает гостей торговых, сам сторожит мытников, вирников, наместников и волостителей. Сам заботится о силе ратной". Тверская тема постоянно была в центре его внимания, какую бы книгу Дмитрий Михайлович не писал. Он постоянно подчеркивал благородство, прямодушие представителей тверского княжеского дома на фоне противоположных качеств некоторых москвичей. Лучше Балашова в художественной прозе, пожалуй, никто не описал то жестокое время становления Руси, сначала под главенством Твери, потом Москвы - во многом наследницы Твери начиная от двуглавого орла и кончая летописанием.
      Дмитрий Михайлович создал замечательные книги: "Великий стол", "Младший сын", "Бремя власти", "Отречение", "Симеон Гордый", "Ветер времени", "Господин Великий Новгород", "Марфа-посадница", сделал множество выступлений в печати, встречался с народом, рассказывая свое видение прошлого и настоящего. Приезжал он и в Тверь, дал согласие считаться почетным членом инициативной группы "Возвращение", радовался, что город снова, как и 800 с лишним лет, стал называться древним именем.
      И вот его не стало. "Дует ветер. Проходят века. Никнут и восстают народы. Меняется лик земли. И только гусиное (железное, тростниковое ли) перо летописца дерзает удержать на ветхих страницах харатий приметы текучего вихря, исчезающего в небытии. Трудись, летописец!" Дмитрий Балашов потрудился на славу русской истории и нашей тверской - тоже. Вечная ему память.

ИГРА В ГЛАГОЛ - ЛЮБИМОЕ ЗАНЯТИЕ ТВЕРСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ
Третий год пошел с момента принятия решения о строительстве в Твери в устье Тьмаки часовни в память святого Михаила Благоверного, в миру великого князя Тверского и Владимирского Михаила Ярославича. К настоящему времени "гигантские" усилия увенчались лишь прочным забором вокруг места возведения.

Фондом строительства часовни собраны кое-какие деньги. Общественность терпеливо ждет начала работ. Есть проект, есть согласие властей, есть благословение архиепископа Виктора. Чего же не хватает?
      Не хватает подписи Ларисы Поповой, председателя Комитета по историко-культурному наследию администрации Тверской области. Броня, которую никаким краеведческим снарядом не пробить.
      Суть разногласий кроется в проекте часовни (автор В.В. Курочкин, разработчик А.Ю. Барковский), которым предусмотрено два этажа часовни и земляной лестничный холм. Основываясь на решении областного совета народных депутатов №26/40 от 25.02.91 г., а также на "Инструкции по организации зон охраны недвижимых памятников истории и культуры" №33 от 24.01.86 г., Комитет, руководимый Л.А. Поповой, отвергает проект, утверждая, что такое сооружение исказит сложившийся в устье Тьмаки ландшафт. Да и сооружение это не часовня вовсе, а храм и отсылает сомневающихся к Владимиру Далю, сто с лишним лет назад давшему четкое, ему современное понятие "часовня".
      Заметим, что указанные выше местные документы разрабатывались не без участия (или не без ознакомления в крайнем случае) Ларисы Александровны, и они, наверное, нуждаются в корректировке в силу несколько изменившихся понятий и представлений о храме, часовне, ландшафте, памятнике культуры, охраняемой зоне и о прочих специфических атрибутах.
      В Твери изредка происходит собрание творческой и управленческой интеллигенции под названием "Градостроительный Совет". К нему администрация города прислушивается, поскольку одним из главных действующих лиц в совете является главный архитектор В. Давыдов. Члены совета избираются (практически назначаются) как специалисты от обществ архитекторов, археологов, историков, краеведов, архивистов и прочих творческих культурных и околокультурных профессий. Они и решают судьбу подобного рода проектов. Дают им жизнь, если придут к согласию.
      А согласия у них никогда не было и не будет. Откуда ему быть, если каждый считает свою отрасль культуры архиважной, соседнюю - не очень? Где взяться согласию, если интеллигент издревле не научился рассматривать проблему системно, в комплексе, что предполагает компромисс? Вот и на последнем заседании члены Градостроительного Совета, разругавшись, разошлись ни с чем. Опять был шум о лишнем подземном этаже. Археологи высказались против поспешности в строительстве, так как в земле ими обнаружены захоронения монахов Федоровского монастыря - надо что-то предпринять для их охраны. Гидрогеолог заявил, что возможно подтопление при разливе Волги и Тьмаки, которое может случиться, видимо, раз в 500 лет. Краеведы настаивали на ускорении работ... В общем, снова получилось вече, на котором произносились многие хорошие, дельные, красивые слова, свидетельствующие об эрудиции (и об амбициях) авторов. А дела, конкретного дела так и нет.
      Не пора ли председателю Тверского фонда строительства часовни в честь Михаила Ярославича, председателю отделения ВООПИК, главе местного самоуправления, мэру города и прочая, и прочая Александру Белоусову весомо указать: "Хватит, господа, глаголить! Начинаем строить!"
      И заложил бы с архиепископом Виктором первый кирпич в фундамент. В присутствии тверичей и глазеющих членов Градостроительного Совета.

Подготовил Борис Ершов, член Общества Михаила Ярославича Тверского

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru