Архив номеров

    ГУБЕРНИЯ
  СКОЛЬКО ПРОЖИВЕТ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ?
Как в новых экономических условиях живет и выживает медицина? Об этом рассказал нашей газете главный врач селижаровской районной больницы Александр Дамиров.

- Александр Михайлович, сейчас у большинства бюджетников финансовые проблемы. Как обстоят дела у вас?
      
- Когда я начинал работать, у нас была проблема, как освоить те деньги, которые нам дают. Только покупай, только бери. Мы ездили и постоянно закупали какое-то новое оборудование. Теперь денег на медикаменты нет, с продуктами питания тоже все проблематично. Обстановка, в общем, сложная.
      - Как обстоят дела с кадрами?
      
- Врачей вполне определенно не хватает. Я ездил на распределение в медакадемию. Там выпускается порядка трехсот врачей в год. Желающих ехать работать вообще не было. Разговор идет о том, что падает престиж самого медицинского работника. Врачи получают дипломы, кладут их в карман и занимаются чем-то другим, например, бизнесом, вообще не связанным с медициной.
      Пять лет назад, когда я начинал работать, в департаменте мне говорили: предоставляешь квартиры - мы тебе даем врачей. Сегодня мы готовы дать квартиры - врачей нет. Сейчас, например, мы располагаем двумя свободными квартирами со всеми удобствами.
      - Какого профиля врачи вам требуются в первую очередь?
      
- Сейчас я жду двух педиатров, еще нужны хирурги, окулист, рентгенолог, терапевт. Районная администрация даже предлагала нам помощь в строительстве собственных домов для персонала. Но для кого строить? Пока выделенные нам трехкомнатная и двухкомнатная квартиры стоят без людей, я просто не могу заикаться насчет этого строительства. Под воздух, что ли, строить?!
      - Сейчас в Тверь прибывает из ближнего зарубежья много беженцев. Неужели среди них нет врачей, нуждающихся в жилье?
      
- Мы были в миграционной службе. К сожалению, положительных результатов нет.
      - Как питаются больные?
      
- Кормить больных сложно. Все меньше и меньше колхозов, которые поставляют нам мясо.
      - А в чем, по-вашему, выход - увеличить помощь государства медицине или переводить что-то на частные рельсы?
      
- Государство уже не может содержать здравоохранение - это дорогое удовольствие. Но, с другой стороны, люди в основной массе не могут лечиться за свой счет, не могут покупать медикаменты. Идет обнищание народа.
      - Какая сейчас зарплата у сельских врачей?
      
- Интерн получает триста шестьдесят рублей, стажер - четыреста тринадцать, а врач-специалист после стажировки - четыреста шестьдесят пять. Раньше мы с женой на наши зарплаты содержали себя и детей, могли себе позволить ездить отдыхать на юг, в Болгарию. Теперь же, чтобы отправить детей на отдых, приходится брать деньги у бабушек и дедушек. Труд наш обесценен. А ведь это напряженный труд, и физически очень здорово выматывают ночные дежурства, и психо-эмоционально, потому что отвечаешь за жизнь человека. Врач должен работать на одну ставку. Остальное время он должен заниматься семьей, отдыхать.
      - Как снабжается ваша больница медикаментами?
      
- С медикаментами и с расходными материалами происходят перебои. Остро стоит проблема с транспортом. Парк очень сильно изношен. Водители жалуются, что лысая резина. Выход находим по аналогии с железной дорогой. Там, говорят, когда сгнивают шпалы, поезда снижают скорость. Так и мы: резина стерлась - мы тоже снижаем скорость. Помедленней ездим.
      - Но все ли так плохо? Говорят, у вас собираются строить новую поликлинику?
      
- Да, наша поликлиника не отвечает санитарным нормам, и сейчас обсуждается вопрос о том, чтобы к поликлинике сделать пристройку. Тогда и регистратура, и кабинеты были бы в одном месте. Сейчас они в разных корпусах. Эти работы планируется произвести за два года. А сейчас мы ремонтируем главный больничный корпус, роддом и неврологию. Что можем, в общем, делаем, но все это тоже делается на энтузиазме. Постоянно ходим и постоянно что-то у кого-то просим. Всю жизнь с протянутой рукой.
      - Что вы еще можете сказать о положении здравоохранения в вашем районе и вообще в России?
      
- Если государством не будет пересмотрено отношение к здравоохранению в целом, то не знаю, сколько проживет это здравоохранение. Такие нищенские зарплаты, такое финансирование. Какие там новые исследования, новые методики. Дай Бог продержаться на старых. Сегодня мы отвезли наш ультразвуковой аппарат в ремонт. Если он свое выработал и нам его не отремонтируют, то, значит, мы останемся без ультразвука.

Борис Гуров
      Тверь-Селижарово-Тверь

ВЫСОТА И БЕЗДНА ПРАСКОВЬИ

Пасмурный апрельский день. Бежецк. Снег почти растаял, обнажив скрывающиеся под ним грязь, мусор и отвратительные кучи собачьих экскрементов. Люди смотрят под ноги. Многие никуда не торопятся. Молодая пара с детской коляской. Мужичонка с утра навеселе. Бабенка катит перед собой такую же грязную, как она сама, коляску. Такое впечатление, что в ней возили уголь. Но нет. В коляске ребенок.       - Чтоб я так питалась, как эти собаки, - проворчала грязная старушка, обнаружив на своих галошах бывший собачий завтрак.
      Бабка разогнула затекшую спину и вновь углубилась в работу - ковыряние палкой в мусорном баке. По соседству с ней копошился оборванный тип неопределенного возраста. Свой трофей - две темные пивные бутылки - он бережно уложил в сумку, в которой позвякивала найденная ранее посуда.
      - До чего дожили, а! - обратилась старуха к мужику.
      Тот ничего не ответил. Через минуту каждый из них направился в свою сторону. Мужик в район помоек "Веполья", старуха в микрорайонские мусорники. Вряд ли ей повезет, ведь по ее маршруту прошел с утра уже не один бомж. А где ей успеть - старой с палкой.
      С каким-то гнусным настроением я подошел к ней, так до конца и не понимая - зачем. Даже растерялся, черт возьми. Ну почему не прошел мимо, как обычно? Как все нормальные люди.
      Сейчас, вспоминая наш разговор, я вдруг заметил, что не услышал из уст этой старой женщины ни одного матерного слова.
      В Бежецке, как, наверное, и в любом российском городе, много бомжей. Вряд ли найдется хоть один горожанин, который не встречал их, роющихся в помойках. Среди бездомных людей есть и примелькавшиеся, которые попадаются на глаза все 365 дней в году. Поэтому, когда правоверный бежечанин выносит ведро с мусором и встречает на помойке новое лицо, он волей или неволей задумывается: откуда этот, еще один несчастный? Бывает, что не раз на дню встретишь несколько новых лиц с одной общей бедой.
      Смерть в их среде - как избавление. Проблема их существования никого не волнует. Затраты для бюджета начинаются лишь с их смертью. Телу необходимо погребение. Этим в Бежецке занимается городское коммунальное хозяйство. Деньги финотдел администрации района переводит на счет "Ритуала", который, в свою очередь, является структурой ЖКХ. В 1999 году средства "Ритуалу" перечислили на погребение двенадцати человек - безродных, одиноких, брошенных Богом людей, среди которых есть и бездомные узники жизни. И если, как я уже сказал, жизнь эта ровным счетом никого не интересует, то смерть требует определенных забот и расходов. 10 минимальных оплат труда на того, кто умрет. Итого 10049 рублей за 1999 год.
      Близкая к бездомным группа - безработные. Здесь настолько прозрачна роль государства, что самые выдающиеся циники просто заплачут. В общем, ценность мертвого тела - 10 МРОТ, а ценность жизни - 1 МРОТ. Так или иначе, отдел соцзащиты населения перечисляет умершим, не дождавшимся трудоустройства на этом свете гражданам, по 834 рубля 90 копеек. За 1999 год на погребение безработных была выделена 71 тысяча рублей на 73 человека.
      - Кем я была, сынок, до всего этого? - отвечает на мой вопрос старушка. - Фельдшером.
      Я уже не знал, радоваться мне или нет тому, что заговорил с ней. Потому что жизнь, которую прожила она, та трагедия, которая случилась с ней, и типична, и нетипична одновременно.
      Представилась она просто Прасковьей. Без отчества, без фамилии. Словно бы эти подробности нужны лишь государству, идентифицирующему преступников. Ее возраст не позволил мне назвать ее просто по имени. Прасковья родилась в 1925 году. Юной 18-летней девушкой она уже была медсестрой. Выносила с поля боя раненых, а вскоре с поля выносили уже ее. Ранение она получила под Курском...
      Вспоминает она то время с какой-то теплотой и любовью. Войну закончила через две недели после начала. Ранение оказалось тяжелым. К тому же, теперь она не могла иметь детей. В 45-м пошла она учиться дальше, так что к 1948 году стала дипломированным фельдшером. Работала в селе да по деревням в Воронежской области, Воронежском районе. Помнит, как благодарили ее фронтовики, как успокаивала она инвалидов, которых допекали фантомные боли оторванных конечностей. Много всего было, говорит она, многое уже не вспомнить. Дважды Прасковья была замужем. Но это самое неудачное, что приходит ей на память. Мужья попадались гулящие, хотели своих детей. А Прасковья не могла родить. Так в 37 лет одна и осталась. Второй муж был военным. С ним она переехала в Вологду. А после развода получила комнату в общежитии. Через 13 лет скопила Прасковья деньжат и домик себе купила. В 1994 году сгорел ее незастрахованный дом. Маленькая пенсия, высокие цены. Люди, которых она лечила, помочь отказались. Старуха, на пенсии, кому она нужна. Как сказала Прасковья, в Бежецк она попала случайно. Собрала свои пожитки и поехала к двоюродной сестре - последней своей родственнице на этой земле. Приехала, а ту уже из дома в гробу выносят. Сестра соседям мешала. Те с ее смертью расширились, заняли комнату умершей. Некуда деваться Прасковье. Денег на билет хватило только до Бежецка. Добрые люди помогли с голоду не умереть. Перевела она сюда пенсию, да сбором пустых бутылок промышляет.
      Есть ли совесть у нашего государства? Давно ясно - нет. Но, может быть, мы, люди, должны быть внимательнее к тем, кто оказался за гранью нищеты?

ВОТ ТЕБЕ И ЮРЬЕВ ДЕНЬ
Мой старинный знакомый по имени Алексей встретился мне на днях, как всегда в последнее время, совершенно случайно. Мы разговорились.

- Где ты теперь? - спросил я его.
      
- В деревне, - сказал он.
      Сколько я знаю Алексея, столько и удивляюсь ему. Хорошее чувство юмора, оптимизм, несмотря ни на что, даже на возникшие проблемы со здоровьем.
      - И как жизнь? - полюбопытствовал я.
      
- Ты не поверишь, но я счастлив, - сказал он. - Скучать там совершенно некогда. Зря городские о тоске говорят. А я почти что фермер. А что? Мы держим поросят. Сейчас будем свиноматку откармливать. Одного хряка в феврале зарезали. Мяса на полторы штуки продали, да и сами до сих пор едим. Да ты знаешь, в деревне развернуться можно сейчас быстрее, чем в городе. Нам соседи молоко носят. Купим мы банок тридцать, творога, сметаны наделаем. А в город привезешь и продашь. Идет только так.
      - А как крестьяне на это дело смотрят?
      
- Ты знаешь, завидуют. Вот пришла доярка, запричитала: у меня 200 рублей в месяц, а вы живете. Ну, думаю, мать родная, да тебе сам Бог велел работать. Что тебе-то, говорю, мешает сделать творог да продать его в Бежецке? Думаю, что нет у них какой-то жилки, что ли. Я ведь до этого коров только по телевизору видел, с какой стороны к ней подойти, не знал. А на твороге да сметане в феврале в день по 500 рублей выходило.
      А деревня ну вся пьет. А я вот думаю, ну когда пить? Когда? Утром поросятам снесешь поесть, по двору работы найдешь, в город съездишь. Мы вон сейчас кур прикупить решили, штук пятьдесят. А что, яйца сейчас дорогие, а они уже к осени нестись будут. Я уж и книжек по сельскому хозяйству массу перечитал. Взял у мужиков, им, почему-то, ни к чему. Неправильно это. Вон, мои соседи имеют замечательный сад, 32 яблони, кусты, крыжовник. Они говорят мне, чтобы забирал все, ухаживал. Ну мы с ними и договорились.
      Вот я все думаю: деньги у них под ногами валяются. Яблоки - это ж витамины. И себе хватит, и на продажу. Ну почему лень зад поднять? Почему им легче украсть мешок комбикорма и пропить его? Они же всю жизнь в деревне прожили. Почему тащат друг у друга, а тем, кто засучил рукава, тихо завидуют. Любой из этих мужичков, брось он пить и возьмись за дело, давно бы в преуспевающих крестьянах ходил. А мы с женой музыканты городские. У нее консерватория за плечами, у меня большой стаж работы в организации культурных мероприятий. Ну какие мы к черту крестьяне?! Но ведь работаем, крутимся как-то. И, знаешь, нравится. Тишина, покой. Скоро рыба пойдет, свою коптильню организую.
      Я слушал Алексея и думал. Вот она, интеллигенция. Тоска классиков XIX столетия по простоте, по слиянию с народом, по лаптям и пробуждению засветло. Алексей сделал шаг. Это сильно! Глядя на него, проснулось желание простоты. Правда, зов земли скоро рассеялся. Не так-то все просто. Куча условностей остудила легкий воздушный порыв. Давай, Леха, трудись, может быть, когда-нибудь построим мы свой город Солнца и весело забудем политику, проблемы, предоставив их самим себе.
      А соседний с Лешиным дом уже купили. За 800 рублей.

УРОКИ ЛОХОМЕТРИИ
Не могу спокойно читать объявления о найме жилья. Вы замечали, какой махровый расизм в них присутствует? Кого-то хозяин пустит, а вот лиц кавказской национальности или индийцев не нужно!

Почему? Ну с кавказцами все ясно, эта политика к нам от лужковской администрации, как инфекция, пришла. Индийцы - ну тут коммерсанты виноваты из этих экзотических краев. Они из квартир, говорят, склады додумались делать. И очень "гостеприимство" их не по душе хозяевам. Поселит одного, да и деньги получает с одного, а заселяется чуть не десяток. В гости зашли, мол. Но хозяин, он, понятно, барин! Кого хочет, того и пускает. Это его полное право. Да тут тоже не без курьезов. Решили "античеченский" кордон местные квартировладельцы устроить (это когда впервые конфликт в Чечне начался). Стали спрашивать у потенциального квартиранта: "Чьи, мол, будете?" На моих глазах была такая беседа. Мой приятель-дагестанец приехал по объявлению. Хозяйка против кавказцев ничего не имела, но спросила:
      - Вы не чечено-ингуш?
      - Я аварец...
      - Откуда приехал? Где эта Авария?
      - Из Дагестана я.
      - Будут проблемы с милицией, вы из другой страны.
      - Дагестан - это Российская Федерация. У меня российский паспорт.
      - А что за нация-то у вас - аварец?
       Тут я вмешался:
      - Расул Гамзатов, поэт советский, - он аварец.
      Хозяйка обрадовалась:
      - Так вы родственник Гамзатова? Все отлично! Приходите!
      Так мой приятель получил жилье благодаря великому соплеменнику. Повезло.
      Но приведенный случай - исключение. Хозяева более чем осторожны при найме квартиры кавказцами. Правила игры нарушают обычно и жильцы, и хозяева. Хозяева чаще, ведь они имеют возможность почуять себя собственником. Страшные слухи, что распускаются про мошенников-кавказцев, провоцируют зарамее хозяев на недостойные, противоправные действия. Начнем с того, что письменного договора с кавказцами никогда не заключают. (С некавказцами в основном тоже, но...) Налоги платить никому не хочется. Практикуется лохометрия, то есть на глаз смотрят возможную платежеспособность кавказца. Чаще всего семейного, кому враз не "спрыгнуть". И назначают цену, которая потом плавно повышается, обгоняя инфляцию и возможные дефолты. А изгнать кавказца просто - участковый пришел: "Вы тут не прописаны! Освободите! И договора у вас нет! Рискуете!" И покидают квартиру, но на их место уже новый лох приходит. Хозяин зря спрашивает про нацию. Он же сперва армян пустит. Прогнав армян, заселит азербайджанцев. Затем северокавказцев. Потом грузин... и так далее по списку. И так "по кольцу" в течение ряда лет. И никакого расизма, одна сплошная выгода хозяину. Ну и его "крыше", если есть такая.
      Мои знакомые приехали из Приднестровья. Пока обустраивались, пока собирали средства на приобретение своего угла, пришлось несколько лет жить на квартире. С хозяйкой сразу договорились о цене. Плата обозначена в у.е. и оставалась единой на все время. Хозяйка по сей день остается их хорошей знакомой. А вот в ближнем соседстве с ними другой хозяин тогда сдавал жилье только кавказцам. Там цены прыгали до предела, когда назревал конфликт. Потом приходили "серьезные" люди, и кавказцы уходили, освобождая место другим бедолагам. Эта квартира-ловушка работала несколько лет, пока хитроумный хозяин не погиб по-пьянке в домике у своей сожительницы. Обпился самогона.
      На днях рассказали "горячую" новость. Приехал молодой лезгин из Новолакского района Дагестана. С женой и двухгодовалой доченькой. Их дом пострадал от военных действий во время мятежа ваххабитов осенью 1999 года. Вот и приехал парень (назовем его Алик) в Тверь. Благо тут уже лет пятнадцать проживает семья его старшего брата. Брат помог с пропиской, нашел работу. Снял квартиру в "Южном". Оплатил авансом полгода за жилье. Три месяца прожил Алик без проблем, немного стал отходить от ужасов бомбежек и стрельбы. И тут нарисовался хозяин квартиры. Пришел не один, а с компанией "серьезных" молодых людей. Алику поставлен ультиматум - срочно оплатить долги хозяина перед ЖЭУ за квартиру (около 1500-2000 рублей), а самим в 24 часа освободить квартиру. Один из молодых людей показал Алику мускулистый кулак, а другой красную книжечку. Вроде бы он милиционер Клинской железнодорожной милиции. Когда Алик спросил, почему, ему объяснили: "Дом МПС. Подчиняется железной дороге". Алик понимал, что это явная туфта, но спорить с милицией не захотел. Он не стал платить за то, что оставляет проплаченное на три месяца вперед жилье. Сменил место своего обитания ради семьи. Брат обещал разобраться с хозяином, потребовать хотя бы деньги назад. Но мне кажется, все зря! Лохометр сработал!
      У нас когда-нибудь будут законы и правила, регулирующие все вышеназванное? Или хотя бы кто "по понятиям" взялся "развести" подобные споры? Когда наши местные законодатели примут должные меры? И тогда не нужны будут эти "гонки" и явление "клинских ментов". Неужто так трудно в одном городе решить такой вопрос? Ну не понимаю я, и все!

ОКОЛОМУЗЫКАЛЬНЫЕ ИСТОРИИ
У разных профессий свои былинки и побасенки. Есть частенько свой жаргон, специфическая игра слов, приколы и так далее. Многолетняя работа на эстраде отложила в моей памяти немало баек, которые тем и смешны, что правдивы по сути. Нарочно так не придумаешь.

НАГРЕЛ ПОСТЕЛЬ ДЛЯ ЖЕНИХА

В веселой компании популярного в нашем городе вокально-инструментального ансамбля событие - свадьба у младшего брата руководителя. Естественно, что весь ВИА приглашен в деревню, где живет невеста и где будет свадьба. Хорошая, добротная сельская свадьба! Всем соседям в диво, что на торжество "аж цельный ансамбель" прибыл из города. Видать, жених-то не из простых. Свадьба пела, шумела и резвилась. Самогонки - море! Закуски - горы! Но не всем неуемное пьянство под силу. Солист-вокалист был намертво сражен местной лихой самогонкой, потому пошел искать местечко, где приклонить головушку. Нашел-таки укромный чуланчик, там уже постель была постлана... Проснулся оттого, что его довольно больно колотят. Оказалось, что он уснул... на свадебном ложе. Невеста пришла поддатая, разделась и легла поверх одеяла, даже не заметив постороннего в чуланчике. Чуть позднее пришел жених, и...
      На постели, вальяжно раскинувшись, спит молодая. На ней из одежды - только обручальное кольцо! А у стеночки храпит совершенно одетый мужичок, да еще и в лаковых штиблетах! Ну молодой-то и разбушевался. Невеста враз протрезвела со страху. Вдвоем они вытолкали абсолютно невменяемого "гостя" прочь из спальни. Наутро солист спешно заторопился в город. Причем с того дня и еще две недели он ходил в черных очках. Никто на свадьбе о недоразумении не узнал. Вот молодуха тайно, но постоянно дня три мазала гримом фингал под глазом. В коллективе еще случалось много раз бывать всей командой на свадьбах. И как традиция стала фраза: "Следите за певцом! Как бы не угодил молодому на кулаки!"

ПАДКАЯ НА МИЛИЦИЮ

У ансамбля всегда работа была по графику. Выработал норму - сиди, жди нового квартала. А денежки-то нужны всегда. Спасибо хоть комсомолу, то халтурку-концертик подкинет, то танцы какие отыграть. По линии комсомола поехали как-то в район. Днем концерты на полевых станах, а вечером - танцульки играть. Прибыли в райцентр. На ночлег определили музыкантов на стадионе. Там здание двухэтажное. На первом этаже спортзалы и душевые, а на втором - комнаты для спортсменов. Ну, отыграли концерты, потом танцульку. Местных девчат стали к себе в гости звать "на чашечку портвешка". А как доставить "аборигенских девиц" на второй, довольно высокий, этаж? Вахтеры не пропускают их категорически. Решение было просто до гениальности. Связали простыни и подняли девчат, как альпинисток, в открытое окно. Троих подняли тихо. Четвертая хохотала и шумела так, что демаскировала "операцию". С пятой, стройной блондинкой с шикарным бюстом, произошел конфуз. Старались ее поднять побыстрее, а у нее оказалась фобия, боязнь высоты. Да еще, пардон, бюст попал под скат подоконника. Оттолкнуться-освободиться она не могла, так уж крепко вцепилась руками в скрученные простыни. Стали тянуть ее всей гурьбою, а девушке и больно, и страшно, да и блузку рвать жалко. Мимо проезжал милиционер, заинтересовался - что такое? Не поленился, оставив мотоцикл, пришел глянуть, чьи это ноги наверху дрыгаются? На беду взбрело ему в голову засвистеть в свисток. Вот и досвистелся на свою голову. Ребята от неожиданности отпустили веревки, и девица рухнула на шею бдительному стражу порядка. Слава Богу, что отделались оба только ушибами и испугом. Не буду рассказывать, что было потом. Утром ансамбль уезжал в Калинин. Ехидненькая завклубом все спрашивала: "А невест своих тут оставляете?"
      - Они патриотки, с нами ехать не хотят.
      - А вот Юля из-за вас пострадала, ее бы взяли?
      - Ну нет! Она... на ментов больно падкая!
      Говорят, автобус уже далеко отъехал от райцентра, а хохот был слышен еще довольно долго.

ИЗ ОРКЕСТРА - НА УЛИЦУ

Хотите - верьте, хотите - нет, но один мой знакомый был приглашен в Москву на прослушивание в очень известный оркестр народных инструментов. Домрист он хороший, руки золотые, слух классный. Прошел он на ура. Назначили время, когда привозить документы. Расписали, когда и где начнет репетировать. Узнал, где будет жить, сколько получать (ну хотя бы приблизительно). Все отлично! Таких денег он в своей музыкальной провинциальной школе вовеки бы не получал. По такому поводу решил мой знакомец пивка принять. И у павильона встретил... старого корифана, друга студенческих лет. Радость встречи "макнули" в пивко, а потом этот корифан повел нашего земляка с собою. А работал тот однокашник на Арбате, под гитару песни пел. Ну, друг-коллега хохмы ради решил ему помочь. Свою спецзаказную домру он оставил на квартире у другана, зато нашли некую инструментину у каких-то коллег прямо на Арбате. Часик поиграли, попели дуэтом, как в добрые студенческие времена. И получилось, что на Арбате за час можно заработать в три раза больше, чем в родной музшколе за полгода, а в знаменитом том оркестре за два месяца! Так он в оркестр-то и не пошел. Сперва на Арбате подвизался, потом в "команду" попал в круиз. Потом на Кипре познакомился с выходцем из Грузии, веселым и пробивным греком. Дела пошли так удачно, что про край родной домрист теперь и не вспоминает. Он даже гражданство кипрское себе добыл. Бабки делает в полный рост. А вы говорите "домра! домра!" Суметь надо!

ТУРКМЕНКА В "БЕЗБЕЛЬЕ"

Как-то два наших музыканта с репетиции в автобусе ехали. В "Икарусе"-гармошке. Свои гитары и сумки поставили как раз в этом тамбуре-гармошке, чтобы никому не мешаться. И сами рядом встали. Вошли кучкой девушки-азиатки. Все высокие, чернявые и, как в униформе, в длинных темно-красных платьях. Остановились рядом с тамбуром. Тут автобус резко дернул, и одна из "Гюльчатаек" стала падать прямо в "гармошку". А у одного из мужиков в сумке хрустальные рюмки лежали, презент любимой теще. Чуть-чуть эта дочь степей посуду не раздавила. Хорошо, что один из мужиков наших ловко ее подхватил за середину корпуса, удержал. Так она фыркнула, даже "спасибо" не сказала. Только прошипела что-то недовольно. Музыканты наши не поняли, что такое, да вдруг заметили, как эта девушка что-то кружевное с пола подняла и в сумку засунула. И сразу все они по-своему загалдели-защебетали. Не сразу, но дошло до мужиков, что, когда девицу подхватили, тонкая резинка на трусиках под ее азиатским балахоном лопнула. Оконфузили невзначай девушку, а на благодарность нарваться хотели. Ну, ребятам надо было выходить, а туркменки себе дальше поехали. Идут мужики домой, а один и говорит: "Тебя теперь туркмены зарежут! За оскорбление девушки! У них ведь обычай строгий... Без нужды не обнажай, а обнажив - совершай свой подвиг!"
      - Это ты про что говоришь?
      - Про то, что Восток, во всех местах, такое тонкое дело!

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru