Архив номеров

    ВОЙНА
  КАВКАЗСКИЙ КРЕСТ
      (Окончание. Начало в №№3 - 11)

Война - страшный зверь, который успокаивается лишь в том случае, когда одна из противоборствующих сторон признает себя побежденной.
      Журналисты на войне в Чечне - это особая глава.

В одном из своих репортажей Владимир Мезенцев, корреспондент "Российской газеты", в январе 1996 года писал: "Они - журналисты! А это значит: от безрассудства или бесстрашия идти туда, откуда бегут все остальные, с камерой высовываться из окопа, срывать глотки, передавая информацию по единственному, почти неработающему телефону, и верить: пусть все это кончится Чечней. Пусть не докатится до вашего порога..."
      Синтия Эльбаум. Погибла 22 декабря 1994 года.
      Владимир Житаренко. Погиб 1 января 1995 года.
      Йохен Пист. Погиб 10 января 1995 года.
      Валентин Янус. Погиб 14 января 1995 года.
      Наталья Алякина. Погибла 17 июня 1995 года.
      Евгений Молчанов. Погиб 24 декабря 1995 года.
      Феликс Титов. Пропал без вести...
      Список можно продолжать. В нем более двадцати фамилий российских и зарубежных корреспондентов. Имена всех погибших в первой чеченской кампании журналистов высечены на гранитной плите, которую мы - участники форума "Давайте не встречаться на войне!" - установили летом 1997 года в Приэльбрусье. Одним из организаторов этой акции стал корреспондент газеты "Российские вести" Александр Рябушев, который сейчас работает в Калинин-граде.
      Мы познакомились в Моздоке в первых числах февраля 95-го. Помню, в комнате пресс-службы стало тесно, когда в нее вломился рыжий и конопатый парень в солдатском бушлате. Голова перебинтована. Грязный бинт скрывает зеленая медицинская косынка. Он смотрел на меня и просил, чтобы по линии ИТАР-ТАСС прошло сообщение о том, что он - жив.
      В районе аэропорта "Грозный-Северный" осколок мины черканул его по голове, когда журналист вылезал из бронетранспортера. Не сильно. Но Саша был госпитализирован и оказался на той самой койке, на которой до него лежал раненный в ногу директор независимой телестудии "Гандвик" Сергей Говорухин - сын кинорежиссера Станислава Говорухина. Как выяснилось, Говорухин-младший ехал с десантниками. Грузовик, в кузове которого находился тележурналист, обстреляли боевики. Сергей получил сквозное ранение в ногу. Что касается Рябушева, то он остался в зоне конфликта. Позже с этим неугомонным человеком мы не раз встречались в Чечне, Буденновске, Дагестане.
      А тогда я передал в Москву: "Это уже двенадцатый случай, когда ранен журналист. Еще четверо погибли. Всего в зоне конфликта работают 52 российских и иностранных корреспондента".
      В те дни мне пришлось сопровождать в стреляющем Грозном председателя судебной палаты по информационным спорам при президенте РФ Анатолия Венгерова. Вместе с военными журналистами Игорем Кашиным и Андрем Антоновым мы с этим пожилым человеком поползали по намешанной танками грозненской грязи, слышали свист пуль и взрывы мин. И уже не казался тяжелым неудобный солдатский бронежилет, который приказал надеть комендант Грозного генерал-майор Линьков.
      Через пару дней мы провожали Венгерова в Москву. На бетонке у самолета, к которому уже подали трап, он обнял нас. И со слезами на глазах сказал: "Я даже не представлял, как здесь опасно. Берегите себя, ребята! Возвращайтесь живыми!" Вечером, когда мы пили "Золотой колос" - водку, подаренную нам Анатолием Владимировичем, - Антонов заметил:
      - Никогда бы не подумал, что Венгеров такой эмоциональный человек. А с виду такой сухой, рациональный...
      - Эта война кого хочешь пробьет, - как бы подвел черту Кашин. - Пусть в Москве поймут, что здесь происходит.
      А происходила обычная война, в которой журналисты играли далеко не последнюю роль.
      3 февраля перехвачен разговор по радиостанции между боевиками. Его суть:
      - Замучили нас корреспонденты...
      - Тогда стреляй их. Они свое дело сделали.
      - Да они - англичане.
      - Тогда не надо. Эти пока нужны...
      К чему я все так подробно рассказываю? Да потому что мотаюсь по "горячим точкам" уже почти десять лет. Многое перевидел, понял. И понял главное: у каждого журналиста своя совесть. Она и оберегает тебя, и подставляет. Нельзя равнодушно писать о войне. К смерти и крови не привыкаешь. Но всегда надо быть объективным, хотя бы для того, чтобы не конфликтовать с самим собой. Но журналист - это прежде всего человек, а может, охотничий пес, который несет своему хозяину-редактору схваченную мертвой хваткой добычу-информацию.
      Но порой становится не по себе от небритых, одетых в дорогие пиджаки или в элегантные платья ведущих телепрограмм, которые, похоже, не понимают, что происходит в Чечне. И они вещают, что "в ходе боев ПОГИБ известный полевой командир..." Извините, не погиб, а УБИТ или УНИЧТОЖЕН. Именно такая лексика лучше подходит к бандитам. Погибают в Чечне российский солдат, офицер, генерал.
      К тому же приход в Чечню наемников, потоки денег, направляемые сюда международным террористом номер один Усамой Бен Ладеном, - все это не вяжется с "борьбой" чеченского народа за свою независимость. Кстати, деморализации бандформирований способствует отсутствие необходимых наличных средств для оплаты "услуг" бандитов.
      Лидеры террористов нашли выход из положения: они наладили в Чечне изготовление фальшивой валюты. В декабре на территории Азербайджана задержана группа лиц, пытавшихся расплатиться подобными "деньгами" с теми, кого сагитировали воевать в Чечне. По словам задержанных, производство фальшивых денег велось для Басаева и Хаттаба "специалистами", нанятыми Бен Ладеном.
      Не трудно обратить внимание, что среди боевиков работают в основном представители иностранных средств массовой информации. И на экранах - один негатив: разбитые дома, плачущие женщины и дети, убитые мужчины. Только все ли они - мирные? Ведь именно так создается общественное мнение о том, что кровожадный русский медведь рвет несчастную Чечню, жаждущую свободы. А российский солдат видится только озверевшим оккупантом.
      На форуме демократической прессы в сентябре 1995 года президент РФ Борис Ельцин заявил: "Право журналиста - формировать и излагать свою точку зрения на события..." Но при этом надо просто быть еще порядочным человеком. У журналиста, как и у врача, одна заповедь: "Не навреди!"
      В минувшем ноябре-декабре мне пришлось работать рядом с группой телекомпании "СNN". И я видел, как правдиво американцы освещали происходящие события.
      Мы вместе ездили в Толстой-Юрт, в десяти километрах от которого находится полигон по захоронению радиоактивных отходов предприятия "Родон".
      ...Долго шли в гору, пока не добрались до могильника, где оказались вскрытыми две шахты. Примерно полтора месяца назад здесь проводились какие-то работы. Военные предполагают, что в этих шахтах захороненены новые радиоактивные отходы. Они могли контрабандой ввозиться в Чечню из других стран. Начальник войск радиационной и химической защиты Северо-Кавказского военного округа полковник Сергей Нарышкин сказал нам, что "опасные вещества невозможно изъять и использовать. Идея подрыва полигона нереальна. Даже при прямом попадании снаряда или бомбы или взрыве изнутри ничего не получится".
      Сейчас территория полигона взята под охрану, чтобы исключить возможность проникновения сюда нехороших парней.
      В другой раз вместе с американцами я побывал на месте нефтедобычи. Неподалеку от села Знаменское. Здесь из-под земли с воем бьет горящий факел, метров на тридцать. И ветер разносит черный дым по округе. При отступлении боевики подожгли десять таких скважин. В каждой за сутки сгорает до 400 тонн нефти. Страдает экология. Заболевают люди и животные. Рак. Об этом рассказывала и телекомпания "CNN".
      А с той стороны поступала информация, что боевики-ваххабиты заметно активизировались в информационно-пропагандистском пространстве Чечни. Распространяются провокационные слухи о предстоящих жестких зачистках ОМОНом и подразделениями внутренних войск, "в ходе которых военнослужащие похищают все, что можно унести: продукты, мебель и даже шнурки от ботинок". В постоянном арсенале пропагандистских тезисов - слух о том, что "скоро федеральные силы покинут Чечню исключительно под давлением международного сообщества в лице ОБСЕ и МВФ. И результатом нынешней войны, как и первой, станет поражение России".
      Это, мягко говоря, далеко от правды.
      Я был в Наурском районе, когда сюда приезжал заместитель министра обороны РФ по строительству и расквартированию войск генерал-полковник Александр Косаван. Он побывал на территории бывшего авиационного городка, который разграблен и разрушен. Сейчас его восстанавливают военные строители. Заместитель министра сказал российским и американским журналистам, что "в будущем на территории Чечни будет сформирована дивизия численностью 15 тысяч человек. Конкретно здесь, в станице Калиновская, будет обустраиваться полк численностью более двух тысяч человек. К началу июля нынешнего года он будет здесь в полном составе".
      К сказанному генералом Косаваном можно добавить, что в Чечне будут стоять также подразделения внутренних войск, ОМОН и другие.
      Не хочется верить, что на этот раз все будет продано и предано, как четыре года назад.
      Кстати, в Грозном наш земляк, командующий северной группировкой федеральных сил генерал-лейтенант Владимир Булгаков, оценивая ситуацию, сказал: "Все можно было закончить в прошлую кампанию. Не дали..."
      Сейчас другое время и другая ситуация. И. о. президента России Владимир Путин последователен и упорен. Это он отправился в новогоднюю ночь в Чечню и был там вместе с воюющей армией. Уже этот поступок говорит о том, что Путин всерьез рассчитывает на победу. Он отметает предложения о переговорах с боевиками. Ясно, что их полный разгром и уничтожение криминального анклава, измотавшего за последнее десятилетие, необходим. Даже газета "Завтра" пишет: "Путин не милитарист и не "пес войны", который воюет где угодно и когда угодно, лишь бы воевать... Его готовность воевать совпала с огромным ресурсом реванша, накопленного российским народом. Россия устала от поражений и провалов ельцинской эпохи, не желает более быть униженной и оскорбленной, мириться с произволом и беспределом кавказских бандитов и боевиков".
      И хочется верить, что до того дня, как в Аргунском ущелье на деревьях появятся листья, бандиты будут уничтожены.
      Сегодня федеральные силы и в Дагестане, и в Чечне показали себя с лучшей стороны. Дай Бог, чтобы так было и в дальнейшем. Тогда мы сможем называть свою страну Великой Россией. Есть потери, только как не хочется, чтобы данные о них использовались кандидатами на пост президента России в своих предвыборных кампаниях. Чтобы война в Чечне не превратилась в какую-то разменную монету. Мне непонятно предложение лидера КПРФ Геннадия Зюганова, который предлагает создать комиссию по расследованию и выявлению виновников событий в Чечне. Не лучше бы назвать тех, кто обогатился на этой войне, на "чеченской нефтяной трубе"? Вопрос далеко не праздный. Конечно, это не тот солдат, который после боя не мог разговаривать несколько часов. Капитан, единственный из офицеров своего подразделения, оставшийся в живых. Майор, которого я увидел в баре гостиницы "Моздок".
      ...Он одиноко сидел за столиком. Обветренный, с поломанными ногтями. Перед ним стояла водка "Исток", салат, пельмени, пепельница, из которой торчали хвосты недокуренных сигарет. А напротив высился хрустальный фужер с... шампанским. Майор время от времени наполнял свою рюмку водкой и чокался с фужером, заполненным вином. Выпивал. Тыкал вилкой в салат, затягивался сигаретным дымом, о чем-то или о ком-то мучительно думал.
      В моей голове родился образ женщины - Натали, с которой мысленно разговаривал комбат.
      Я сижу в шумном баре Моздока,
      Час назад прилетев из Чечни.
      И заказан графинчик с "Истоком",
      А шампанское Вам, Натали.
      Хорошо, что Вы здесь, что Вы рядом.
      И вокруг нет проклятой войны.
      А за Тереком фыркают "Грады",
      Что же Вам рассказать, Натали?
      Как вломились под Грозным в засаду
      И рубились с "чехней" до зари:
      Что? Не надо? Хотели же правду...
      Не корите меня, Натали!
      Что ж, за Ваши, за карие очи!
      И за ночь долгожданной любви.
      Только Грозный, разорванный в клочья,
      Снова грезится мне, Натали.
      Отупел и оглох. Воет волком обида.
      Душит боль. От нее не уйти.
      Под Бамутом Илью посекла третья мина...
      Вы же знали его, Натали!
      
      Я сижу один в баре Моздока.
      Вы за тысячи верст. И, налив,
      Я представил за рюмкой "Истока"
      Эту встречу и Вас - Натали!..

      
      Как же хочется, чтобы в Чечне все быстрее закончилось. Чтобы ночью воевавших там не мучили кошмары недавнего боя. Но как забыть развалины Грозного, Аргунское ущелье или село с лермонтовским названием Валерик? Как забыть Шали, Аргун и Бамут, где погиб лучший друг?
      Да поможет вам в этом любимая женщина.

Александр Харченко, спецкорреспондент ИТАР-ТАСС

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru