Архив номеров


     ХОЛОСТЯК ИЗ КРАСНОГО ХОЛМА НЕ МОЖЕТ ЖЕНИТЬСЯ ИЗ-ЗА КОРОВ

    У Ивана Чухнова редкая профессия. Во всяком случае, она весьма необычна для современного мужчины. Иван - дояр в одном из колхозов Краснохолмского района. Чуткий, совестливый и работящий, он болеет душой за свою маленькую ферму, за каждую из своих добродушных питомиц, и в целом - за сельское хозяйство страны
    Дорога в колхоз «Гигант» приятная и однообразная. Слева и справа - поля, поля. Среди полуразвалившихся деревенских домиков нет-нет да и встретится модная ярко-синяя телефонная будка. Или из-за холма вдруг выплывет облупленный дощатый сарай с надписью «Киберпочта». Деревня знает своих героев. Мужчина в красной рубахе, бредущий навстречу нам по дороге, на вопрос: «А где дояр Чухнов?» немедля отвечает:
    «Он сейчас на ферме!» - и подробно объясняет, как доехать.
    Молочная ферма приютилась среди колдобин и высокой сухой травы.
    В грязно-кирпичном здании жужжат доильные аппараты. И нам приходится перекрикивать их, обращаясь к вышедшему на порог герою:
    - Мы пишем статью про современного молодого дояра!
    - Да какой же я молодой?
    Герой Иван в потёртой малиновой футболке поначалу стесняется и в разговоре несолидно именует себя «дояркой». Чуть что - отсылает к двум своим напарницам:
    - Вон, у Нади спросите! Она здесь дольше работает.
    Мы приехали в самый разгар вечерней дойки. Поэтому Иван постоянно занят. Ловко увёртываясь от машущего перед глазами коровьего хвоста, цепляет на вымя аппарат с четырьмя жестяными трубками. Туда-сюда носит по хлипким доскам фермы огромные бидоны молока (в здании уже давно нет молокопровода). Вопросы герою приходится бросать вдогонку или в кратких перерывах между «подходами».
    Иван Чухнов работает дояром с 1998 года. Сейчас ему 31.
    - Раньше нас было трое, теперь я один, - объясняет Иван. - Остальные ушли на вольные хлеба.
    - Почему вы решили стать дояром?
    - По специальности я механизатор, шофёр-тракторист. Но в 90-е, когда я после училища вернулся в колхоз, техники почти не было. Посевные площади резко сократились. Я пристроился на ферму, тем более коров доить умел с детства. Так и втянулся. Ведь кому деревня нужна? Молодёжь вся в городе. Вот у нас ферма лучшая по колхозу. А условия, видите, какие? Караул!
    Условия, действительно, не блестящие. И дело не только в растёкшихся у порога лужах, глубоких трещинах в полу, отсутствии новой и даже элементарной техники. Подробный рассказ Ивана о рабочем дне дояра заставляет глубоко задуматься, застыдиться и оценить свою уютную «кабинетную» работу.
    - Летом к 4.30, зимой к 5 утра мы приходим сюда и включаем «дойку». Потом надо рулон раскатать и сено коровам дать. Один рулон весит 300 килограммов! А некоторые наши доярки весят 50 кило… (Иван всегда жалеет своих напарниц и заступается за них). Дойка проходит 2 - 3 раза в день - зависит от времени года. Когда-то у нас был молокопровод, но я этих времён уже не застал. Сейчас приходится таскать молоко вёдрами. Женщинам тяжело. А Лида перенесла три операции, у неё даже справка есть «на лёгкий труд»… Навоз по утрам убираем сами. Что там скребками - считай, своими руками. Чтобы пол посыпать, силоса нет. Последний комбайн недавно угробили.
    
    КАРАУЛ, ДЕРЕВНЯ!
    …В золотые советские времена портреты доярок (да и прочих тружеников села) украшали первые полосы газет. Им пели дифирамбы, вручали ордена, вся страна знала показатели рекордных удоев. Сейчас интерес к русской глубинке чуть теплится. Однако конкурсы среди дояров по-прежнему проходят - правда, с меньшей помпой.
    - В конкурсах я давно не участвовал, - делится Иван. - Об этом лучше спросить зоотехника… Последний раз был на соревновании в ЗАО «Калининском». Там и аппараты новые, и дворы чистенькие, и побелка… У нас ничего этого нет. Даже холодильник не работает. Летом приходится охлаждать молоко речной водой. Если температура чуть выше нормы, надоенное может прокиснуть. Молоко цедим по старинке - в вёдрах. По телевизору, конечно, такого не увидишь. Показывают, в основном, Дмитрову Гору или другие добротные хозяйства, где дела идут хорошо. А что в обычном колхозе за десять лет сделали?
    …По пятам за Иваном мы следуем на молокоприёмник. Это тесная мрачноватая комнатка для сбора добытого за день молока. На обшарпанных стенах висят телогрейки. На разбитом цементном полу стопками сложены вёдра.
    - Это называется: «Караул, деревня!» - шутит Иван.
    Но уезжать он отсюда не собирается.
    - Вы бы не хотели перебраться, например, в ту же Дмитрову Гору?
    - Нет, меня уже отсюда не выгонишь! Может, и у нас что-нибудь хорошее скоро построят. Тем более, работаем мы хорошо. Молоко цедим, как и положено, на 1-й сорт.
    
    КОРОВЫ ЕСТЬ, НЕВЕСТУ НЕ НАЙТИ
    …На одну доярку на этой ферме приходится по 30 коров.
    - Всех своих я знаю по кличкам и «в лицо»: которая спокойная, а какая норовит взбрыкнуть, - рассказывает Иван. - Вот эту, например, по морде лучше не гладить! (Сказано, когда мы подошли к довольно благочестивой на вид бурёнке).
    - Насколько удой зависит от мастерства доярки?
    - Процентов на 30. Минут 5 - 10 уходит на то, чтобы подоить корову. За сутки одна корова даёт примерно 16 литров. Впрочем, есть умницы, которые дают по 40!
    - Сколько вы получаете за свою работу?
    Иван смущается:
    - Я ещё заведую фермой, поэтому побольше остальных. А так, в среднем, у доярки выходит 3150 рублей в месяц. В июне-июле, самых «доходных» месяцах, получается 5000 и даже больше. Тут все дома коров держат, картошку продают, за счёт этого и живут.
    У меня самого коровы, два теленка, курицы.
    - Вы отсюда родом?
    - Да, я местный, колхозный.
    - А семья у вас есть?
    - Нет… Я один живу и веду хозяйство. Невесту найти нет времени. У меня тётя в Ленинградском районе, под Сестрорецком. Каждый год в гости зовёт, а я не могу надолго уехать и оставить своих коров. Корова - это же не трактор. Без дойки она запустится. У неё будет мастит. А это сейчас очень сложно лечить, и лекарства дорогие. Поэтому пока хожу в холостяках...
    - У него дом такой добренный! - хором присоединяются коллеги. - Всё обставлено. Есть стенка, мягкая мебель, ковры. Только жены не хватает.
    Иван Чухнов - очень ответственный работник. Перед уходом, подписав нужные бумаги, он бережно хлопает по боку старый залатанный титан, вытирает тряпочкой бывшую холодильную установку, окидывает всё заботливым хозяйским взглядом. К тому же, Иван обладает редким для сельского жителя качеством: он не пьёт. В общем-то, благодаря таким людям, простым, искренним чудакам и работягам и будет держаться на плаву колхоз, не останется голодным город и не увянет жизнь в сельской глубинке.
    Любовь КУКУШКИНА



     В РЕДАКЦИЮ «КАРАВАНА» ПРИШЛО ОЧЕРЕДНОЕ ПИСЬМО ОТ ПИСАТЕЛЯ ЮРИЯ КРАСАВИНА. МЫ ПУБЛИКУЕМ ОТРЫВКИ ИЗ НЕГО

    «Как-то раз я узнал, что мне присуждена губернаторская премия. Поскольку это новое явление в культурной жизни нашей области - премия с таким названием, - я заинтересовался: что это такое и за что мне такая честь? …
    Лет двадцать ежегодно у нас в Твери присуждалась литературная премия им. Салтыкова-Щедрина… Два десятка лет (ею) награждали в основном по клановому принципу, то есть по мотивам личной преданности руководителю писательской организации...
    …какое отношение имеет к великому сатирику тот или иной из наших местных авторов, пишущих, скажем, лирические стишки? Ясно, что происходит явная профанация в этом деле, вряд ли одобрил бы её строгий и беспощадный Михаил Евграфович! И вот премию эту переназвали - она стала «губернаторской»: авось, мол, как ныне говорится, сменит имидж с отрицательного на положительный.
    …Что до Комитета по делам культуры нашей области, то там должности занимают филологически высокообразованные сотрудники, но они, как я догадываюсь, в литературные журналы не заглядывают, хорошую прозу или хорошие стихи от графоманских упражнений не отличают…
    По своему денежному содержанию губернаторская премия такова, что особо радоваться нечему - чуть более двадцати тысяч рублей...
    Прошёл месяц, два, три… миновала зима… за ней весна… И вдруг мне в начале июля из Комитета по делам культуры телефонный звонок: я должен ехать получать губернаторскую премию - это два часа езды на автобусе до Твери, там пересесть на другой автобус, на нём добраться до деревни то ли Заболотье, то ли Задорожье и там-де мне вручат эту награду…
    Надо ли говорить, что… я не поехал, чем, конечно же, рассердил Комитет по делам культуры.
    …В начале сентября пришло мне официальное письмо из Твери, в котором пояснялось, за что именно я награждён, хотя никаких денег до сих пор не получил: оказывается, мои произведения «оценены по достоинству Экспертным советом по присуждению премии губернатора» при областном Комитете по делам культуры «за достижения в области литературы»… То есть понимать надо так: сочинения мои, опубликованные в «толстых» журналах и читаемые по всей России (они не уместятся и в 15 объёмистых томах), оценены по достоинству в такую сумму...
    Так что же такое губернаторская премия по литературе у нас, в Тверской области?»
    
    ОТ РЕДАКЦИИ
    Убеждена, существует два типа писателей. Одни - скромняги, рыцари благородные романтического образа, пишущие день-деньской - и всё в стол, в утешение грядущим поколениям. О таких писателях на региональных олимпах ничего не слышно. С соратниками они не тусуются. Даже друзья и родственники порою не знают, что рядом с ними живёт и творит Писатель. Какая самоотверженность, согласитесь? Беспрерывный процесс самосовершенствования. И никакого бахвальства.
    Но такой тип писателей редок, как редок в принципе талант. Зато в изобилии нас окружают писатели-ваятели. Которые несут своё слово в массы с бескомпромиссностью бегущего бизона и поющего Кобзона. Которые настолько непоколебимо уверены в своей талантливости, что даже на секунду усомниться не могут в том, что их творения могут быть совершенно не интересны не только массовой публике (которая, не спорю, не критерий), но и литературе в принципе. Поймите: не той тусовке, ещё в советское время обозначенной как «литература», а прогрессивным читающим современникам - которых, я убеждена, до сих пор немало.
    О, советские писатели! Люди со старыми связями в издательствах и литературных журналах; люди со званиями, орденами и медалями; люди, список публикуемых произведений которых порой растягивается более чем на 72 метра! Вы совершенно восхитительны - как явление эпохи. И, поверьте, совершенно непонятны поколению пишущих нового образца. Поколению, которому не светит ни «Новый мир», ни местечко в альманахе. Которые не умеют быть угодными ни правящим партиям, ни требованиям формата. Которые пишут отчаянно, безнадёжно. Не затем, что это составляет предмет их гордости. А лишь затем, что не могут не писать. Зарабатывая на хлеб каторжным трудом в редакциях, рекламных агентствах, сидя на кассах супермаркетов.
    Юрий Васильевич, при всём моём к Вам уважении. Найдите любого из них. И спросите: что для них литературная премия в 20 тысяч рублей и куда они способны за ней поехать? Сколько они смогут прожить на эти деньги? И сколько смогут написать?
    Уверена, ответ Вас несколько обескуражит.
    
    Зоя ГЛАЗАЧЁВА, член Тверского отделения Союза профессиональных литераторов России


Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru