Архив номеров

    ИЗ БЛОКНОТА ЖУРНАЛИСТА
  В НОЧЬ ПОД НОВЫЙ ГОД

НА НОЧЛЕГ я устроился к пенсионерам. Хозяин, Петр Михайлович Нестеров, как оказалось, бывший танкист, потом бригадир тракторной бригады колхоза, укладывал во дворе дрова. Бросились в глаза выщербленные бревна одной стены и заделанный вставками сколотый угол.
      - Моя работа, - улыбнулся хозяин. И рассказал, как в ночь на Новый 1942 год ему довелось освобождать от врага родную деревню, свой дом.       ...Когда и вторая атака захлебнулась, капитан Рыжиков, сломив самолюбие, приказал телефонисту связаться с командиром полка. В ожидании, пока соединят с майором, привалясь к стволу березы, он свирепо дымил тоненькой папироской, таявшей на глазах от каждой затяжки. На злом лице капитана отражалась борьба противоречивых чувств.
      За полгода войны, пока его взвод, рота, а потом и батальон отступали почти в непрерывных боях, обстановка приучила Рыжикова рассчитывать прежде всего на собственные силы. Но вот уже несколько недель батальон в составе дивизии рвется вперед, освобождая села, а в наступлении нужен перевес сил над противником. И хотя, по данным полковой разведки, Большие Горки обороняли рота пехоты и батарея, капитан понимал: обескровленному батальону их не взять.
      Вдавив окурок в снег, Рыжиков, покосившись на телефониста, прислушался: тихо стало и у соседей, должно быть, и там заминка. Дело складывалось так, что пора закрепляться на занятых позициях. Это согласно логике. Вопреки ей нужно взять Большие Горки, где был перекресток дорог. Поэтому и решился капитан просить у командира полка помощи.
      Наконец телефонист протянул трубку комбату.
      - Ну, что там у тебя, завяз по пупок? - дохнул в трубку майор Дубков.
      Чувствовалось, что командир полка все еще находился в том взволнованно-радужном состоянии, каким еще недавно упивался и Рыжиков, подбадривая при заминках командиров рот. Но сейчас, когда наступление замедлилось, чувство реальности в оценке противника было вернее у тех, кто был на передовой.
      - Готовимся к третьей атаке, товарищ майор, - глухо, совсем не разделяя настроения командира полка, сказал капитан.
      - Слушай, ты повремени с атакой. Закрепись и замри. Через пару часов подойдет танковая рота. Тут старший лейтенант к тебе рвется, говорит, что перед тобой его родная деревня. Так что встречай. Да смотри, пока танки не подойдут, как бы тебя самого немцы не сковырнули с Малых Горок.
      - Не сковырнут, товарищ майор, - отозвался капитан. - А с танками возьмем и Большие Горки.
      Рыжиков, повеселев, вызвал командиров рот, приказал им закрепиться на обрывистом берегу речки Сватьи, обильно заросшей орешником. Прибыла кухня, подвезли боеприпасы. Бойцы деловито заправлялись кашей, санитары отправляли в лазарет раненых. Все, казалось, делалось без спешки и команд и почти бесшумно. Лишь на каменистых перекатах звонко гомонила родниковая Сватья. Тихо было и у немцев.
      Старший лейтенант Нестеров с танковой ротой появился на полчаса раньше и совсем с другой стороны.
      - Разрешите доложить, - козырнул он капитану. - Прибыли в ваше распоряжение.
      Рыжиков, окинув взглядом невысокую плотную фигуру Нестерова, отметил про себя, что старлей - парень бывалый, держится свободно и уверенно.
      - Однако, быстро вы, славяне, добрались, - сказал Рыжиков, пожимая крепкую руку Нестерова.
      - А мы по лежневке, до войны по ней лес возили, дорога знакомая, - возбужденно рассказывал старший лейтенант.
      Он спустился к речушке и, опершись на осклизлые камни, припал к прозрачной струе воды, бьющей из родника под берегом.
      - Вон на том перекате любимое место пескарей, - показал на нагромождение камней. - Здесь мы за полдник налавливали по полной банке их.
      - Какой банке? - спросил капитан.
      - По поллитровой, конечно, - всерьез ответил старший лейтенант.
      И оба рассмеялись, вспомнив каждый по-своему о довоенной рыбалке.
      Они рассматривали в бинокли позиции противника. Мороз к вечеру крепчал. Тихие струи дыма от затопленных печей медленно поднимались в небо. Черными столбами выделялись они на красном закате. Было 31 декабря. И немцы, должно быть, решили, что атак больше не будет.
      - Фрицы Новый год собрались встречать, - зло сплюнул капитан.
      - Придется им помешать, - не отрываясь от бинокля, отозвался Нестеров.
      На окраине деревни были видны снежные валы, за которыми могли быть ручные пулеметы. На колокольне, за каменной кладбищенской оградой, угадывались крупнокалиберные пулеметы. Слева, в березнячке, стояла батарея. Оттуда она вела огонь по наступавшим. Нестеров часто отвлекался, его словно магнитом тянуло к высоким березам, под которыми чуть обочь основного посада расположились три дома в один ряд по направлению к балочке.
      - Крайний - мой дом, - сказал он капитану.
      Рыжиков навел бинокль на редкий тесовый забор у дома, за которым мелькали какие-то тени, потом взглянул на Нестерова.
      - Капитан, давай сделаем так, - предложил тот, - батальон и три танка будут наступать обычным порядком. А я с двумя танками и взводом пойду лощиной. Правда, сделаю это, когда вы как следует ввяжетесь в бой. В лощине нас не взять, а когда выскочим, триста метров - это минута хода. Фриц и глазом не успеет моргнуть, как буду дома.
      - Если не подобьют, а промахнуться на таком расстоянии почти невозможно, - сказал капитан.
      - Ну, это уже кто кого. Все дело во внезапности. Главное - как следует втянуть их в бой, отвлечь от лощины.
      - Это я обещаю, - заверил капитан. - А где твои родные? - спросил.
      - Не знаю, - помрачнел Нестеров. - Последнее письмо было в сентябре. Тогда все были живы-здоровы: отец, мать, сестренка.
      ...Батальон поднялся в третью атаку. Нестеров с двумя машинами и взводом пехоты двинулся овражком в обход Больших Горок. И когда батальон в очередной раз под громкое "Ура!" бросился на штурм, танки на полном ходу выскочили из лощины и целиной рванулись к деревне с противоположной стороны.
      Мимо довоенного маяка, мимо строя рябин, подминая изгородь огородов. На родном подворье Нестеров увидел пушку и мечущихся вокруг нее солдат. Только бы успеть... Чуть правее мчалась машина сержанта Трофимова. Нестеров лихорадочно соображал: стрелять на таком ходу бесполезно, а остановиться равносильно самоубийству. Значит, вперед, только вперед.
      Фашистский наводчик тоже, конечно, понимал: промахнешься - это смерть. А она уже витала над теми и другими, делая свой выбор.
      Машину тряхнуло. Стреляли почти в упор. Подмяв пушку, подбитый танк, двигаясь по инерции, уткнулся в угол дома, гусеницей вышиб его.
      ...Нестеров очнулся. Его тормошил механик. Ничего не соображая, он сунулся к смотровой щели, сквозь просветы в бревнах разглядел елку и мигающее пламя свечей.
      "Да я же дома", - дошло до его сознания.
      По танку резко застучали, донесся чей-то знакомый голос:
      - Эй, славяне, есть кто живой? Выходи Новый год встречать!
      Нестеров пошевелил спекшимися губами и уронил голову то ли от боли, то ли от радости встречи с родным домом.

Юрий Батасов

 
Наша газета выходит в городах:
  • Андреаполь
  • Бежецк
  • Белый
  • Бологое
  • Вышний Волочек
  • Весьегонск
  • Жарковский
  • Западная Двина
  • Зубцов
  • Калязин
  • Кашин
  • Кесова Гора
  • Кимры
  • Конаково
  • Красный Холм
  • Кувшиново
  • Лесное
  • Лихославль
  • Максатиха
  • Молоково
  • Нелидово
  • Оленино
  • Осташков
  • Пено
  • Рамешки
  • Ржев
  • Сандово
  • Селижарово
  • Сонково
  • Спирово
  • Старица
  • Торжок
  • Торопец
  • Удомля
  • Фирово
  • ЗАТО Озерный
  • ЗАТО Солнечный
  • Тверь
  • Селигер

 

Блоги пользователей

Геннадий Климов, главный редактор

Орлова Мария, первый зам. главного редактора

Блог газеты

Марина Гавришенко, зам. главного редактора

Любовь Кукушкина, журналист

"Тверия" - Граждане Тверской области и тверские Землячества


   
 
   

Контакты

Адрес редакции: 170100, г. Тверь, ул. Советская, 25, 2-й этаж.
Тел./факс 34-26-44, тел. (4822) 34-77-02
e-mail: karavan@tvcom.ru